Книга Девушка, которая не любила Рождество, страница 90 – Зои Брисби

Я решил не обращать внимания на астрологические теории Анжелики, но, воспользовавшись моментом, спросил, кто такой Лиам.

— Лиам – это большая любовь Лали.

Мне пришлось ухватиться за елку, чтобы не упасть.

— Но разве это не Марк?

Анжелика махнула рукой.

— Нет, Марк был ее мужем… А Лиам – это другое.

Внезапно появился Николя и, кружа под музыку, покатил прочь кресло Анжелики.

— Николя! Ты с ума сошел! – восклицала она, смеясь.

Я остался один. Я чувствовал себя преданным. Какой же я болван… Едва не вручил свое сердце женщине, которая уже отдала свое кому-то другому. Как я мог хотя бы на миг поверить, что Лали свободна? Такая красивая, умная, веселая, независимая…

Но она никогда не упоминала о Лиаме. Почему? Она вела со мной жестокую игру? Хотела меня унизить?

А тот момент, когда мы были так близки, – в хижине, во время снежной бури? Я ведь это не выдумал! Вероятно, все можно было объяснить необычными обстоятельствами. С ее стороны это был всего лишь порыв, минутная слабость. Она ведь сказала, что мы – отличная команда. Я воображал романтические сцены, а она видела во мне лишь друга.

Я замер посреди бурлящей толпы.

Я был акулой. Акулам, чтобы не умереть, нужно постоянно находиться в движении. Но я больше не двигался.

Я топил свое горе в апельсиновом пунше с корицей и наливал себе уже вторую чашку, когда появилась Лали. Мысленно я уже составил целую речь. Она была просто обязана выслушать меня. Да, она не любит меня, но есть же законы дружбы! Мы столько пережили вместе за эти дни, это ведь что-нибудь да значит!

Я повторял про себя самые драматичные пассажи, смесь негодования и упреков, когда увидел, как Лали направляется ко мне. От моего воинственного настроя не осталось и следа. Взгляд Лали был холоден, шаги – решительны.

Я почувствовал себя загнанным в ловушку и ощутил укол вины, даже не зная, в чем провинился – как ребенок, которого ругают за шалость, о которой он даже не помнит. Но я взял себя в руки. Не будем путать роли. Это она играла моими чувствами. Она оставила меня, как я начал признаваться ей в своих чувствх, – чтобы ответить на звонок тайного поклонника. Если кто-то из нас двоих и должен был сердиться, так это я.

Лали подошла, схватила меня за руку и потащила за собой к выходу из зала. Несколько метров, которые мы прошли в молчании, показались мне километрами. Она распахнула дверь и холодный порыв ветра ударил меня по лицу, словно пощечина. Но мне показалось, что я и в самом деле получил пощечину, когда она сказала:

— Я все знаю!

Именно это собирался сказать я сам. Я был одновременно задет и сбит с толку. О чем она говорит? Ведь это она скрывала от меня своего парня, а не наоборот!

Мое молчание лишь усилило гнев Лали.

— Ты лгал мне с самого начала!

Я обвиняюще ткнул в нее пальцем.

— Это ты мне врала!

Лали широко раскрыла глаза.

— Я?

Я сделал шаг вперед.

— Ты ничего не сказала мне о своем парне. Ты просто издевалась надо мной.

— О каком парне речь? Марк был моим мужем, я тебе это говорила.

— Не строй из себя невинную! Я говорю о Лиаме.

— Лиам?

Ее притворно удивленный вид привел меня в ярость. Она могла хотя бы признать, что я прав. Зачем упорствовать и отрицать? Выходит, она меня совершенно не уважает. Я не заслужил даже честности.

— Чем я был для тебя? Игрушкой, чтобы поднять настроение? Способом доказать, что ты все еще способна соблазнять после того, что натерпелась от мужа?