Книга Подкати ко мне срочно, страница 73 – Карли Робин

— Отличное предложение? – в сердцах воскликнул я.

Несколько человек повернулись в нашу сторону, но мне было наплевать. Я был в ярости:

— Они не только выгоняют меня из моих собственных аккаунтов, но и лишают миллионов от спонсорских сделок и моих существующих соглашений. Они лишают меня…

— Тео! – резко прервал меня Мартин. – Успокойся. Мы сделаем им встречное предложение. Когда ты вообще в последний раз подписывал контракт, не заменив в нем перед этим половину пунктов?

Я задумался.

— Никогда.

— Именно. Мы приведем это соглашение к тому виду, который ты хочешь, договорились?

Я скрестил руки на груди:

— Договорились. Потому что текущее предложение совершенно неприемлемо.

Дело наверняка было не только в моем разрыве с Кристиной. Нельзя предлагать двукратному чемпиону мира, находящемуся на пике карьеры, такой контракт, словно он все еще новичок, которому только предстоит зарекомендовать себя. Но я не рассматривал возможность не продлевать контракт с «МакАлистером». Просто не рассматривал. «МакАлистер» были лучшими из лучших. «Эверест», «Итака» и «АльфаВита» тоже были неплохими командами, они тоже добивались значимых побед, но они не были командами моего отца. Командой моего отца был «МакАлистер». И я не собирался отказываться от единственной вещи, которая у меня от него осталась.

— Почему бы тебе не сбавить обороты в социальных сетях, пока мы обсуждаем детали нового контракта? – предложил Мартин. – Мне-то плевать, что ты там постишь, но, может, в этом году обойдемся без прямых трансляций из ночных клубов?

Я закатил глаза:

— Моим фанатам нравится, что я живу обычной жизнью.

— Не знаю, в каком мире ты живешь, малыш, но эксклюзивное обслуживание за частным столиком в ТАО никак не назовешь обычной жизнью. – Он изогнул бровь. – Ты вдохновляешь, но уж точно не можешь служить примером обычной жизни.

— Я не собираюсь меняться только для того, чтобы угодить Эйвери, Мартин. Это полная чушь, и ты прекрасно это знаешь.

— А я никогда и не велел тебе меняться, Уокер. Но мне кажется, что немного сбавить обороты тебе не повредит. Тебя разве убьет, если ты будешь проводить сессии вопросов и ответов полностью одетым и не сидя в своей ванной?

Это была не моя ванна. Это была ванна в гостиничном номере какой-то случайной цыпы, которую я подцепил в прошлом году. Но кран там был в форме змейки, и мне это показалось крутым. Правда, я не думал, что эти детали сейчас пойдут мне на пользу, так что я решил придержать эту информацию при себе.

— Ладно, я сбавлю обороты. Что-нибудь еще? Как думаешь, Эйвери предпочтет, чтобы я облизал пальцы его ног или натер воском задницу?

Мартин проигнорировал мою шутку и отхлебнул воды:

— Мне насрать, чего хочет Эйвери. Меня волнует, чего хочешь ты. Поэтому я сейчас свяжусь с юристами, и мы подготовим встречное предложение. А ты просто не отсвечивай, не делай ничего глупее обычного, и все будет хорошо. Capisce^[6]?

Я поднялся на ноги. Все мое тело сжалось от раздражения и обиды, но я сумел выдавить из себя согласие, прежде чем надуться и скрыться в уединении своего номера. Рассел, лично поговорив с Мартином, заскочил ко мне, но я не был в настроении обсуждать это. Даже с ним.

Прежде чем Ричард начал встречаться с моей мамой – во времена, когда он был просто старым менеджером моего отца, моим другом и отцовской фигурой, – я бы написал ему. И записал бы ему длинное голосовое сообщение, где бы жаловался на то, как сильно я ненавижу политику и контрактную составляющую спорта, ведь все, чего я хотел, – это просто гонять на треке. Но теперь он был предан не мне, а моей маме, а последнее, что мне требовалось, – это чтобы она волновалась за меня, если он вдруг перескажет ей что-то из сказанного мною.