Книга Подкати ко мне срочно, страница 143 – Карли Робин

— И отец, естественно, выбрал «МакАлистер», – закончил я за него.

— Вовсе не естественно, – возразил Ричард. – Твой отец разрывался. В «Джованни» предлагали больше денег, но ему больше нравилась команда в «МакАлистере». Там было больше возможностей для роста. Больше шансов сделать себе имя. Вот почему он выбрал их.

— Почему он не рассказывал мне об этом? – ошеломленно спросил я. – Я думал, он всегда был заядлым фанатом «МакАлистера».

— Он любил «МакАлистер» всем сердцем, но я не сомневаюсь, что он был бы точно так же счастлив и в «Джованни». Или в любой другой команде, если уж на то пошло. Проклятье, твой отец сел бы даже за руль гольф-кара, если бы это означало, что он сможет принять участие в Гран-при.

Я улыбнулся, мысленно представив эту картину.

— Но он всегда поддерживал меня в моем стремлении получить место именно в «МакАлистере».

— Только потому, что этого хотел ты. С того самого дня, как ты узнал, что твой отец выступает за «МакАлистер», ты превратился в их заядлого фаната, Теодор. И да, это действительно нечто особенное, что ты выступаешь за ту же команду, что и твой отец, но поверь мне, он был бы точно так же счастлив, если бы ты выступал за любую другую команду. До тех пор, пока ты был счастлив, все остальное не имело для него никакого значения. – Ричард сделал паузу, а затем спросил: – А ты счастлив, Теодор?

От его вполне невинного вопроса все мое тело покрылось пленкой пота. Надув щеки, я сделал глубокий вдох… и вывалил ему все. И под «всем» я имею в виду все. Я был словно вулканом Везувий, извергающимся и плюющимся разрушительным пламенем, как только у меня появилась возможность взорваться. Ричард терпеливо молчал, пока я бессвязно бормотал и истерил об Эйвери. Моем контракте. Его условиях.

Стоило мне закончить, как я уткнулся головой в стол, и мне было абсолютно наплевать на всех микробов. Прямо сейчас больничный не казался мне чем-то ужасным. Это был бы отличный повод запереться от мира, его вопросов и мнений.

— Я не знаю, что мне делать, – признался я.

— Тебе нужно делать то, что лучше для тебя, – осторожно произнес Ричард. – И из того, что ты мне рассказал… возможно, для тебя будет лучше сменить команду. Если бы ты выступал за «Эверест» или «Итаку» и они предложили бы тебе такой контракт, ты бы его подписал? Нет. Не подписал бы. Ты даже не стал утруждать себя встречным предложением и уже был бы по уши в переговорах с другой командой.

— Я встречался с другими командами, – слабо возразил я.

Но они не были «МакАлистером». Если бы со мной сейчас была Джози, она бы спела I Want You To Want Me группы Cheaptrick.

— Я знаю, что «МакАлистер» много для тебя значит. Но поверь мне, на свете есть вещи поважнее и получше. Хочешь мой совет? Перестань думать о том, нужен ли ты «МакАлистеру», и подумай, нужны ли они тебе. Ты – чертов Уокер, и любая команда должна быть счастлива, что ты представляешь ее цвета.

Я топнул, полностью погружаясь в то истеричное состояние недовольного карапуза, которое испытывал все утро.

— Я не хочу туда идти.

— Вести с тобой дела – все равно что иметь ребенка, о котором я и не просил. – Рассел всплеснул руками. – Ну хорошо. Если ты не против заплатить штраф, то, конечно, пропусти пресс-конференцию.

«Черт, черт, черт». Я совсем забыл о привычке FIA штрафовать пилотов за пропуски обязательных интервью для СМИ. Бог знает, Блейк их получил достаточно, чтобы занять его адвокатов на всю оставшуюся жизнь.