Книга Подкати ко мне срочно, страница 120 – Карли Робин

Тео резко повернул голову, снова встречаясь с матерью взглядом. Он так сильно сжал губы от злости, что они потускнели и превратились в тонкую линию.

— Уважения? Не говори мне об уважении, мама. Ты…

— Тео! – перебила его я. – Иди пройдись и остынь.

Шарлотта одновременно боролась со слезами и желанием придушить брата.

— Господи! Почему ты просто не позволишь нашей маме быть счастливой? Папы больше нет. И тот факт, что ты – мудак, никак этого не изменит!

— Ого. Вот это да. Спасибо за новости. А я и понятия не имел, что папы больше нет, потому что никто из вас о нем не говорит. Никогда. Его словно никогда и не было!

— Это неправда! – яростно произнесла Шарлотта. Ее тон был резким, но в нем явно проступала дрожь.

— Да неужели? Я как проклятый рву жопу триста шестьдесят пять дней в году, чтобы наследие отца жило. А что делаешь ты? Ах да. Ты приветствуешь Ричарда, словно чертову замену отца. Ну, наслаждайся. Надеюсь, вы все действительно счастливы.

Тео вскочил со стула и, не говоря больше ни единого слова, ушел прочь. Выждав несколько минут, я тихо извинилась и направилась на поиски.

Одна часть меня жаждала отыскать его, притащить его жалкую задницу обратно и заставить решить все противоречия с собственной семьей. Но другая часть – реалистичная часть – знала, что это не вариант. Я хотела поддержать Тео, но в конечном итоге это была его борьба, а не моя. Семья состояла из людей, которые в самые худшие моменты в жизни любят тебя так же сильно, как и в лучшие. И это могло быть крайне неприятной реальностью.

Я нашла Тео расхаживающим взад-вперед по подъездной дорожке. Мое сердце замерло, когда я вгляделась в него – в лунном свете на его острых скулах блестели дорожки из слез. Я не знала, сколько времени прошло, прежде чем он заметил меня. Стоило ему это сделать, как он молча подошел ко мне, обнял и уткнулся головой в основание шеи.

— Вот же представление я выдал, да? Довел маму до слез, – спустя минуту пробормотал он. – Они там в порядке?

— С ними все в конечном итоге будет в порядке. – Я провела ладонью по его спине, радуясь, каким плотным и упругим он казался. – А вот с тобой все в порядке, детка?

Тео ответил не сразу, а когда ответил, его голос был тихим и неуверенным.

— Я никогда так себя не вел.

Невообразимая боль стиснула мне горло. Я ничего не могла сказать или сделать, чтобы он почувствовал себя лучше. Это худший вид душевной боли. Я хотела запихнуть Тео в пузырь, в котором никто и ничто не смогло бы причинить ему боль. Так крепко его закутать, чтобы он позабыл о своих муках и испытывал только спокойное и вечное блаженство. Но вместо этого я лишь прижалась к его лбу своим и прошептала:

— Мне так жаль.

— Ты считаешь, что я ужасный человек?

Я кивнула:

— Да. Но только потому, что ты спишь в носках.

— Нахалка. – Он усмехнулся. – А что насчет них? Они считают меня ужасным человеком?

Я покачала головой и провела ладонью по его рукам:

— Нет, Тео, они так не считают. Может, иногда они и хотят тебя придушить, но они все равно тебя любят.

— Ну я точно чертовски усложняю задачу себя любить.

— Любить тебя легко, детка. – Я усмехнулась. – Самое сложное – это попытаться перестать.

В моей спальне царила тишина, и совсем не та мирная тишина, в которой легко заснуть. Это была громкая тишина, которая оставляла тебя наедине со своими мыслями. Такая тишина, что заставляет тебя нервничать и переживать, что ты слишком много думаешь и все усложняешь.