Книга Рождество в Голливуде, или Лучшая роль в моей жизни, страница 43 – Синтия Кафка

Кэсси залезает ко мне на колени.

— Крис говорит, нельзя верить глупостям, которые болтают журналисты, – заявляет она, прижимаясь ко мне. – Мы знаем, что никакая ты не опасная. И мы бы заметили, если бы ты похитила Линдси и потащила ее с нами, она же все время ругается!

Я улыбаюсь сквозь слезы.

— В любом случае ясно одно – никуда ты не уедешь, – объявляет Крис.

— Не знаю, как остальные, а я проголодалась, – сообщает нам Тельма. – Может, попробуем наконец печенюшки с корицей?

Проклятье! Печенюшки. Их я тоже сожгла…

— Итак… – произносит Крис, присоединяясь ко мне в перголе, где я уединилась, чтобы написать несколько утешающих сообщений моей сестре с телефона Тельмы. – Поговорим о том, что только что услышали в выпуске новостей?

Я качаю головой. Не хочу ничего обсуждать, тем более с ним.

— Ладно, нет так нет, тогда объясни, почему ты избегаешь меня с того момента, как я вернулся домой? Из-за прошлой ночи?

— Вовсе нет, – вру я. – Мы взрослые люди, оба этого хотели и прекрасно провели время, разве нет?

Мне ужасно больно, но я пытаюсь спасти остатки почти растоптанного эго. Крис кусает губы.

— Вообще-то, для меня…

— У нас есть более срочные темы для разговора! Меня подозревают в похищении и, если заметят в вашем обществе, сочтут моими сообщниками. В Калифорнии все еще есть смертная казнь?

— Успокойся, Элли, я все контролирую.

Я вскакиваю.

— Ты контролируешь?! Семья думает, что я в бегах на другом конце света, вся Америка считает меня преступницей, мое лицо – между прочим, на худшей в истории фотографии! – показывают по телевизору, мое будущее погублено, а ты кон-тро-ли-ру-ешь?! Каким образом, позволь поинтересоваться? Доводя до слез свою девушку, пока кувыркаешься со мной в автодоме?

— Что-о-о?

— Я видела тебя. В «Старбаксе».

Крис крутит помпон Пер-Ноэля, вышитого на его свитере.

— Я только что услышал рассказ твоего жениха о том, что ты сбежала, после того как сожгла его дом, и тоже мог бы кое-что предположить, тебе не кажется?

— Вранье от первого до последнего слова! Я случайно подожгла ригу! И отказалась выходить за Жиля!

— Я тебе верю. Потому что знаю: нельзя судить сгоряча. На самом деле ты никакая не уголовница, а очень даже милая девушка.

Мне становится стыдно, я опускаю голову. Крис поднимает мне подбородок указательным пальцем, ловит мой взгляд.

— Надевай куртку, и я тебя выгуляю.

— Считаешь, сейчас самое время нежничать под звездным небом? Опомнись! Меня разыскивает полиция!

— На улице темным-темно, а мы должны кое-что поведать о себе друг другу, прежде чем решить, была прошлая ночь ошибкой или нет. Поняла?

Я складываю руки на груди, делаю капризное лицо, но киваю. В конце концов, терять мне нечего, кроме последних иллюзий. Крис молча вывозит нас из города и останавливается на парковке среди «неведомо чего».

— Если ты решил признаться, что заказал похищение Линдси и теперь убьешь меня как неудобного свидетеля, делай это быстрее.

— Это мост Форестхилл, – сообщает он, проигнорировав последнюю реплику. – Построен на высоте семисот тридцати футов над Американ-Ривер. Это самый высокий мост Калифорнии, четвертый по высоте среди всех американских мостов. Днем здешний пейзаж великолепен. Десятки туристов приезжают, чтобы полюбоваться фауной и флорой и пройти по дорогам и тропам, проложенным внизу.