Книга Все начнется с нас, страница 34 – Колин Гувер

Что тут скажешь? Должно быть, это тяжело, когда мать не объявляется много лет, а если и звонит, то из корыстных побуждений. Я мысленно благодарю свою маму, которая занимает важное место в моей жизни.

— Давай отложим эту тему до следующего свидания. — Атлас улыбается, и грусть меня покидает. Удивительно, как быстро его улыбка способна изменить мое настроение. — Пойдем, провожу тебя до машины.

Я смеюсь, потому что мое авто буквально в двух шагах. Тем не менее Атлас галантно открывает мне дверцу и помогает выйти.

— Спасибо, что проводил, — подтруниваю я.

Он лукаво улыбается. Не знаю, намеренно ли он со мной заигрывает, но мне сразу становится жарко, несмотря на прохладную погоду.

Атлас кивает в сторону моей машины.

— У тебя там есть другие дневники?

— Нет, я взяла с собой только один.

— Ну вот, — вздыхает он и прислоняется к дверце плечом.

Я встаю точно так же, лицом к нему.

Возможно, мы сейчас поцелуемся. Я не против, хотя только что ела лук, а до этого больше часа спала — в общем, сомневаюсь, что изо рта у меня пахнет розами.

— Можно мне вторую попытку? — спрашиваю я.

— Попытку чего?

— Этого свидания. В следующий раз обещаю не спать.

Атлас хохочет, но осекается и, глядя мне в глаза, говорит:

— Я и забыл, как с тобой весело.

Его слова приводят меня в замешательство. Я бы не назвала наши подростковые будни веселыми. Скорее уж печальными.

— Ты считаешь, что нам было весело?

Он пожимает одним плечом.

— Ну… Разумеется, мне приходилось тяжело, но воспоминания, связанные с тобой, до сих пор одни из самых моих любимых.

От его слов я заливаюсь румянцем. Слава богу, уже стемнело.

А вообще-то он прав. Тогда нам обоим жилось несладко, но знакомство с Атласом — светлый лучик, который до сих пор озаряет мою память о тех временах. И слово «весело», пожалуй, лучше всего описывает нашу борьбу с обстоятельствами. Если даже тогда нам удавалось веселиться, то ли еще будет в лучшие годы.

Когда на прошлой неделе я размышляла о Райле, то пришла к поразительным выводам. Бок о бок с Атласом я пережила худшее, но он неизменно относился ко мне с уважением. Зато мужчина, которого я выбрала в мужья, обращался со мной так, как не пожелаешь и врагу… и это в самый безоблачный период нашей жизни.

Я благодарна Атласу уже за то, что он стал для меня эталоном, идеальным примером хорошего человека. Жаль только Райл этому эталону не соответствовал, и я поняла это слишком поздно.

Налетает порыв холодного ветра. Отличный предлог, чтобы меня обнять, но Атлас не пользуется моментом. Воцаряется тишина, и есть лишь два способа ее нарушить. Либо поцелуй, либо прощание.

Атлас отводит прядь волос с моего лба.

— Я пока не буду тебя целовать.

Надеюсь, разочарование не отразилось у меня на лице. Хотя кого я обманываю? Я сейчас похожа на воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

— Это наказание за то, что я уснула?

— Конечно, нет. Я просто немного комплексую, прочитав о нашем первом поцелуе.

Я невольно усмехаюсь.

— Комплексуешь из-за чего? Это же запись про тебя!

— Атлас-подросток в твоем описании — настоящий мачо.

— Взрослый Атлас тоже.

Он смотрит на меня так, словно готов передумать насчет поцелуя. Несерьезность момента улетучивается. Одно быстрое движение — и Атлас уже совсем близко. Я прижимаюсь спиной к дверце машины, надеясь, что сейчас он зацелует меня до смерти.