Онлайн книга «Поэма о Шанъян. Том 3–4»
|
Невозможно! Это все – ложь! Любой мог потерпеть неудачу, но не Сяо Ци! Он – герой! Он – бог войны! «Потеряли след»? Что за вздор?! Они просто попали в бурю! Они вернутся в лагерь, все будет хорошо! Собрав все силы, я схватилась за край стола. Вдруг в сердце моем раздался слабый, но ясный голос: «Он обязательно вернется… Я должна дождаться его возвращения!» Нельзя… Я должна держаться. Если я упаду, то больше не встану. Двери распахнулись, и кто-то ворвался внутрь. Я слышала раздираемый рыданиями голос – он доносился будто издалека. Обернувшись, я спросила: — Почему ты плачешь? Передо мной стояли Сун Хуайэнь и тетя Сюй – они в ужасе смотрели на меня. Глядя на тетю Сюй, я сказала: — С ван-е все хорошо. Почему ты плачешь?! Затем я подняла руку и приказала: — Вон! – Указывая пальцем на дверь, я повторила: – Вон отсюда! Я должна была как следует подумать. Так не должно было быть. Этого просто не могло случиться. Что-то не так. Это – ошибка. Они ошиблись! Но я никак не могла понять, что именно пошло не так. Интуиция взывала ко мне, но в голове не было ни одной мысли. Я не могла думать ни о чем другом, все мои мысли заняты только Сяо Ци… Сяо Ци… Сяо Ци… Как с тобой могло что-то произойти? Ты обещал, что вернешься целым и здоровым. Что вернешься до того, как дети впервые скажут «папа». Тени скользили перед глазами. Я цеплялась за край стола, стараясь устоять на ногах. — Мне очень жаль! Ванфэй, прошу, умерьте печаль! – Глаза Сун Хуайэня были красными. Он подошел, чтобы помочь мне. — Молчать! – Схватив чашу со стола, я швырнула ее в него – он увернулся, и чаша разбилась о дверь. Опустив голову, Сун Хуайэнь молча попятился. Тетя Сюй упала на колени и жалобно просила поберечь себя. Вдруг раздался детский плач – Сяосяо проснулась, а за ней следом разрыдался и Чэ-эр. Я тут же бросилась во внутренние покои. Когда я увидела малышей, силы вдруг покинули меня и я едва не упала рядом с колыбелью. Протянув к ним руки, я не нашла в себе сил, чтобы взять собственных детей на руки. Тетя Сюй опередила меня, поспешно взяла Сяосяо в одну руку, а второй принялась гладить Чэ-эра. Глядя на нее, а затем на детей, я поняла, что ни на что не способна… меня охватило отчаяние. Почти сразу появилась служанка и забрала детей. Тетя Сюй тут же обняла меня со слезами на глазах: — Моя бедная А-У… Я позволила ей обнять меня и поплакать. Вот только у меня совсем не было слез, а в теле не осталось сил. Сяо Ци, как ты мог допустить такое?.. В том письме я написала, что Сяосяо растет очень одаренным ребенком. Наверное, совсем скоро она сможет сказать «папа». В письмах я никогда не торопила Сяо Ци как можно быстрее вернуться домой, но между строк он мог видеть нашу любовь и то, как мы скучали по нему в разлуке. Сяо Ци, неужто ты не видишь, что я чувствую? Не чувствуешь, как я беспокоюсь за тебя? Я застыла, и в этот момент сердце мое пропустило удар, а в голове промелькнула мысль… Секретное письмо на то и секретное. Разум мой прояснился, и я мягко отстранилась от тети Сюй. — Иди, ничего серьезного не случилось. Мне нужно побыть одной! Тетя Сюй растерянно посмотрела на меня и встала, чуть покачиваясь. Ссутулившись, она ушла. Вместе с ней ушли и слуги. Я стиснула кулаки и прижала ко лбу – в голове царил хаос. Вот-вот должна была появиться очень важная мысль, но я никак не могла уловить эту ценную подсказку… |