Книга Поэма о Шанъян. Том 1–2, страница 113 – Мэй Юйчжэ

Перед церемонией бракосочетания меня успели научить многим вещам, а еще когда я была помоложе, то случайно увидела, как брат наследного принца тайком занимался любовью со служанкой тети… Конечно, я была достаточно робкая, но не настолько ограниченна, чтобы не понимать о радости, происходящей между мужчиной и женщиной…

Его тонкие губы обжигали шею, а по всему телу, до кончиков пальцев ног, я чувствовала необычные покалывания. Он крепко прижимал меня к себе, и я словно погрузилась в безграничный теплый прилив, медленно плыла и покачивалась на бархатных волнах.

Дыхание его участилось, и рука медленно скользнула выше. Длинные пальцы потянули за завязки моих одежд. Широкая ладонь генерала поднялась еще выше – очень нежно и медленно поглаживая кожу, как будто в руках его было самое драгоценное сокровище мира.

Я судорожно выдохнула, дрожащим голосом прошептала его имя и крепко переплела свои пальцы с его.

Он остановился и развернул меня к себе лицом – наши взгляды встретились. С совершенно глупым влюбленным видом я смотрела на его волосы, брови, губы и на каждом изгибе его красивого лица задерживала взгляд. Я приподняла руку и мягко коснулась его шеи, кончиками пальцев провела по кадыку, затем коснулась его тонких, как острие бритвы, губ… Вдруг он резко обхватил меня за талию и прижал к себе. Он поднял руку и вытащил шпильку из моих волос – они шелком рассыпались по плечам, закрывая его руки. Медленно опустив меня на мягкое сено, он внимательно посмотрел прямо мне в глаза затуманенным взглядом.

Слой за слоем он развязывал мою одежду, и мое чистое, девственное тело более не было скрыто от его глаз.

Угольки в очаге снова приятно затрещали, тающий свет огня дрожал на стенах, затмевая своим теплом холод ветреной, дождливой и темной ночи. Комната новобрачных, уставленная свадебными свечами, в которой три года назад мы должны были провести свою первую ночь, сменилась скромным деревянным домиком в глуши с потрескивающим очагом. А служанки и все окружение невесты сменились убийцами…

С тех пор как я впервые увидела его, а он меня, я поняла: быть может, все это было неслучайно? Быть может, нам суждено идти рука об руку сквозь страшные валы и яростные волны? Потому что это было предначертано нам самой судьбой. Потому что это была наша жизнь.

Снаружи завывал ветер и шелестел дождь, горячие угли старательно разогревали крошечный деревянный домик – тепло огня напоминало о солнечных весенних днях.

Я спокойно, неподвижно лежала на руке Сяо Ци, мои длинные волосы рассыпались у него по груди. Несколько прядей взмокли от пота и прилипли к его обнаженной, исчерченной медными шрамами коже. Его тело было буквально усыпано старыми ранами. Самая большая проходила через плечо на спину… Конечно, они все давно зажили, оставив после себя бледные следы, но по-прежнему выглядели пугающе и волновали ум.

За столько лет войны, забрав столько жизней и душ, растоптав несчетное количество скелетов, пробираясь через моря крови, медленно, но верно Сяо Ци дошел до сегодняшнего дня… И все эти годы Сяо Ци был один… Я никак не могла себе этого представить.

Когда страсть утихла, он прижал меня к себе и закрыл глаза. Сяо Ци словно погрузился в мирный сон, пусть брови его до сих пор были сурово нахмурены, а уголки губ плотно сжаты. В одной руке он сжимал обнаженный меч – вдруг на нас снова попытаются напасть. Нужно быть постоянно начеку. Я еще долго смотрела на его умиротворенное лицо, но в душе отчего-то не утихала боль, смешанная с медовой сладостью.