Книга Забытый: ЛУКА, страница 140 – Слоан Кеннеди

— Каждый день, — прохрипел я. Я снова обратил свое внимание на Джио.

Джио стал раскачиваться еще быстрее. Он провел рукой по своим светло-русым волосам, пачкая их кровью.

— Нет, нет, нет, — продолжал бормотать он. Его агония терзала меня, и я ничего так сильно не хотел, как заключить его в свои объятия. Я бы сделал все, чтобы положить конец его страданиям.

— Ник, — сказал я, хотя мне казалось неправильным называть его так. — Доктор Тейлор здесь. — Я бросил быстрый взгляд на мужчину, стоящего в дверях. В какой-то момент ему или кому-то другому удалось очистить комнату. — Я пойду, чтобы ты мог поговорить с ним, хорошо? Ты не мог бы просто... сначала отдать мне осколок стекла, который у тебя в руке? Или просто бросить его на пол. Пожалуйста, просто...

Я больше не мог вымолвить ни слова, потому что у меня перехватило горло от переполнявших меня эмоций. Меньше всего мне хотелось оставлять своего сына, но я знал, что мое присутствие причиняет ему только большую боль. Когда Джио никак не отреагировал на мою просьбу опустить стакан, я взглянул на доктора Тейлора. Он кивнул и медленно направился в мою сторону.

— Ник, если ты не против, я просто посижу здесь с тобой несколько минут, чтобы мы могли поговорить. Только ты и я, — сказал доктор мягким голосом.

Я знал, что этот человек был достаточно близко, чтобы вмешаться, если Джио попытается пораниться о стекло, но каждая косточка и мускул в моем теле сопротивлялись моему приказу отойти от него. Казалось, мне потребовались часы, чтобы подняться на ноги. Я заставил себя отступить на несколько шагов. Мне хотелось свернуться калачиком на полу и снова оплакивать потерю сына. В глубине души я знал, что, возможно, никогда не верну его... что извращенец, укравший его невинность, украл и это. Как я мог когда-либо думать, что все, что потребуется, это найти моего сына, и все будет хорошо?

Отчаяние захватывало душу, отупляло разум. Если бы Реми не выбрал этот момент, чтобы переплести свои пальцы с моими, я бы точно так же потерял связь с реальностью, как и мой сын.

Другая рука Реми накрыла наши соединенные ладони, и его присутствие рядом со мной было своего рода бальзамом. Это дало мне возможность отодвинуться, отвернуться от моего ребенка, потому что именно этого он от меня и хотел.

— Они забрали его, — услышал я позади себя, как только сделал первый шаг.

Я застыл на месте, уверенный, что голос моего сына мне только почудился. Я приготовился сделать еще один шаг вперед, когда пальцы Реми сжались на моих, останавливая.

Он ведь этого не слышал, не так ли?

Но когда я посмотрел на Реми, его глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем он медленно повернул голову к Джио.

Я боялся пошевелиться.

Реми снова сжал мою руку, и я сосредоточился на этом, заставив себя обернуться. Джио сидел в той же позе, все еще раскачиваясь, с разбитым стаканом в руке.

— Я умолял их позволить мне оставить его, — выдавил из себя мой сын. Он стал качать головой. — Для них он ничего не значил… это был просто… это был просто мяч с именем моего отца... с именем на нем.

Я почувствовал, как мой желудок сжался от его слов. О Боже, неужели он... вспоминает?

Джио стал издавать один гортанный вопль за другим, прижимая руки к голове.

— Нет, пожалуйста, пожалуйста, — закричал он.