Книга Забытый: ЛУКА, страница 139 – Слоан Кеннеди

— Я тебя не знаю, — прошептал Джио тихим и потерянным голосом. Он почти любовно прижимал осколок к груди. Зазубренный край был всего в нескольких дюймах от его горла. Я был так напуган, что не мог ни пошевелиться, ни вздохнуть.

— Лука, — услышал я голос Реми. Я не мог отвести глаз от своего сына. — Расскажи мне о том, как ты получил этот брелок от своего сына. — Мне не понравилось, как дрогнул голос Реми. Я не сомневался, что он, каким-то образом, винил себя за этот момент, но я ничего не мог сделать, чтобы утешить его.

Я почувствовал движение позади нас, но проигнорировал его.

— Это было через несколько дней после того, как я отвез Джио в Центральный парк на его восьмой день рождения. Мы провели день, играя в футбол, только вдвоем. Мы играли мячом, которым я и мои братья играли, когда были детьми. Я отдал мяч Джио на хранение и пообещал, что в дальнейшем мы будем играть как минимум раз в неделю. Он хотел, чтобы Кинг, Кон, Лекс и Вон присоединились к нам, чтобы мы могли играть командами. Я, он и Лекс против Кинга, Кона и Вона. Призом должен был стать трофей, который мы назвали Кубком Ковелло, но когда пришло время найти что-то, что можно было бы использовать в качестве трофея, мы ничего не смогли найти. Поэтому мы купили три брелока с этими маленькими футбольными мячиками.

Я не мог не взглянуть на брелок в руке Реми. Я почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза. Продолжая, я рискнул взглянуть на своего сына. Он смотрел в пол, так что я не был уверен, слушает ли он вообще.

— Мы играли в следующие выходные. Турнир длился целый день. Мама Джио была нашим судьей. — Я невесело усмехнулся и добавил: — Вон, Кинг и Кон были не слишком довольны этим.

Я замолчал, вспоминая тот день. Это был последний раз, когда мы были вместе всей семьей.

— Это был прекрасный день, — пробормотал я. — После того, как мы выиграли, Джио написал свое имя на брелоке. Он... он подарил его мне, потому что хотел быть уверенным, что я никогда не забуду его и этот день. Я подписал свой своим именем и отдал ему, потому что не хотел, чтобы он сомневался в том, как сильно я его люблю и что он всегда будет на первом месте в моей жизни, несмотря ни на что.

Затуманенным взором я увидел, что Джио обхватил ноги руками и начал раскачиваться, мотая головой. Осколок стакана все еще был у него в руке, но я мог только беспомощно наблюдать, как кровь капает на пол.

Я осмелился приблизиться к нему на шаг.

— Это не по-настоящему, это не по-настоящему, — услышал я его шепот.

Я старался двигаться медленно, и подчеркнуто медленно присел на корточки всего в паре футов от него. Мое сердце словно раскололось надвое, когда я наблюдал, как мой сын переживает свои личные мучения.

— Я потерял его два дня спустя, — прошептал я. — Это был худший день в моей жизни.

Я готов был поклясться, что слышал, как Джио сдавленно всхлипнул, но в тот момент я не доверял собственному разуму.

— Ты искал его? — спросил он так тихо, что я просто чудом его услышал.

На этот раз всхлипнул я. Я вытер мокрые глаза, потому что это было похоже на самую странную из побед — то, что он хоть как-то отреагировал на меня.

Я не смог удержаться и бросил быстрый взгляд на Реми, который совершенно неподвижно стоял возле смятой больничной койки.