Книга В Рождество звезды светят ярче, страница 36 – Софи Жомен

— Большая власть налагает большую ответственность, – шепчет она фразу, приписываемую Дантону, она придает ей сил. – Сейчас все будет готово.

Жозефина старается не дышать. Агата считает до трех и паяет почти в религиозной тишине. Это важнейший момент. Сколько напряжения – и сколько счастья приносит это занятие!

Еще немного, еще капельку…

Готово!

Жозефина облегченно переводит дух. Агата откладывает инструменты. Кажется, все получилось.

— Не совсем… Дай-ка мне напылитель.

Ассистентка округляет глаза.

— Зачем?

— Чтобы замаскировать место спайки, зачем же еще!

Любая хирургическая операция требует эстетической ретуши. Алиса маскирует шов серебристыми звездочками, гладит своего маленького пациента по щеке, глядя на него с бесконечной нежностью.

— Пора просыпаться! – обращается она к нему. – Ну-ка, Джо…

Ассистентка в волнении нажимает на кнопку и делает шаг назад. Даже не глядя на нее, Агата знает, что у них обеих одинаково трепещет сердце. Остается только ждать, скрестив пальцы.

Несколько секунд тишины, потом раздается тихий скрежет, это открывается ротик, приподнимаются веки, и…

— Yes! – восклицает Жозефина, любуясь переваливающимся с ноги на ногу гномом, помощником Деда Мороза. – Не зря мы потратили на него полдня, я знала, что у тебя получится!

Обе горды собой, особенно Агата. Она думала об этой операции всю ночь, искала в интернете обучающие ролики о том, как вернуть жизнь автоматической игрушке, и теперь, когда она заработала, находится в состоянии странной безмятежности… нет, облегчения! Именно это чувство почему-то всегда посещало ее при виде Летящего Снежка.

Игрушке предстоит путешествие на четвертый этаж, а пока что спасительница с величайшей осторожностью помещает ее в коробку.

— Черт!.. – цедит Жозефина. – Зачем мы опять ему понадобились?

Агата оборачивается и оказывается лицом к лицу с заглянувшим в мастерскую Александром Артманом.

— Мадемуазель Мурано, мадемуазель Роже, – начинает он с отменной вежливостью, – приветствую вас! Вы соблюли сроки и все прекрасно оформили, браво!

Жозефина довольна, ей нравится, когда ее ценят по заслугам, но Агата сохраняет ледяное выражение лица.

— Мы всего лишь следовали вашим инструкциям, месье (иными словами, вы не оставили нам выбора), но хорошо, что вы остались довольны. Прошу меня извинить, – она поворачивается к коробке с игрушкой-автоматом, – я вынуждена вас покинуть, нужно еще установить…

— Это же Летящий Снежок! – перебивает ее он, не веря своим глазам, и с замиранием сердца делает шаг к коробке. – Отлично помню эту игрушку! В моем детстве она красовалась в витрине или под елкой. – Он гладит зеленый колпак гнома. – Я думал, отец давно ее выбросил.

Он перебирает одежку гномика, его взгляд смягчается от сладкого чувства ностальгии. Он вспоминает, как много времени проводил здесь в Рождество, когда был еще совсем мал, не старше лет шести. Пока Максимилиан развешивал электрические гирлянды, он часами играл с Летящим Снежком, заставляя его без конца исполнять единственную песню его репертуара. Под эти звуки он рассказывал сам себе волшебные истории, в них он состоял в свите Рождественского Деда и знал все его секреты. Летящий Снежок, старый друг… Игрушку-автомат назвали так недаром. Жорж Артман был не самым трогательным отцом, но бывшему генеральному директору все же иногда случалось сажать сына себе на колени и читать ему рождественские сказки. В сказке о Летящем Снежке рассказывалось о мальчике, обожавшем зиму и загадавшем желание превратиться в снеговика.