Книга Последняя из Танов, страница 78 – Лорен Хо

Линда окинула меня ледяным взглядом.

— Какая же ты поверхностная. Да будет тебе известно, что Массимо просто чудесный. Спорим, ты даже не знала, что он один из крупнейших патронов Красного Креста Сингапура, а его фонд спонсирует обучение десятков детей в Камбодже. Он умный, смелый и жизнерадостный. Мы отлично ладим, и у нас так много общего. – Ее взгляд мечтательно затуманился. – Я никогда еще не встречала человека, с которым могла бы обсуждать политику, конспирологические теории, религию, архитектуру середины прошлого века и суперяхты. Никогда.

— Кажется, он просто совершенство, – сказала я ехидно. – Правда, жене изменяет.

Линда фыркнула.

— Ну, осуждай сколько влезет, но я не собираюсь с ним расставаться. Он разводится с женой, и тогда мы сможем наконец встречаться публично, – ее голос приобрел мечтательные нотки. – А знаешь ли ты, что я его первая женщина за тридцать? – Она хихикнула. – С тех пор, как ему исполнилось пятьдесят.

Я почувствовала нарастающее раздражение.

— Ты так это говоришь, будто это достоинство!

— А ты почему так погрязла в предрассудках? Путс честен со мной, а я – с ним. Может, он и совершал ошибки в прошлом…

— Ага, вроде трех браков и нескольких знаменитых любовниц.

— Это все в прошлом. Он тогда сам не знал, чего хочет.

— Я уверена, что сейчас он точно знает, чего хочет, – молоденького тела.

— Почему ты все сводишь к стереотипам? Ты даже его не знаешь, а уже сбрасываешь со счетов, – голос ее звучал напряженно. – Он первый мужчина из всех, с кем я встречалась, который не переживает, что я не хочу детей.

— Это потому, что он, небось, сам не хочет детей от… Потому что у него наверняка и так куча незаконнорожденных детей! Ты хоть поискала информацию о нем? Ты помнишь, что писали таблоиды о нем и о каждой старлетке с TVB^[28], у которой была хоть какая-то слава в девяностых?

— Он изменился!

— Нет, не изменился!

— Да, изменился!

— Нет, не изменился!

Это высокоинтеллектуальное общение некоторое время продолжалось в том же духе. Мы стали говорить так громко, что за соседними столиками все замолчали, но нам было все равно. Я разозлилась, и меня дополнительно подстегивало желание защитить Линду от мужчины, который хотел ее использовать, как Орсон использовал меня. Как она может быть настолько слепа? Когда Массимо наиграется с ней, она просто останется очередной засечкой на ножке его кровати, не более того.

Я решила сменить тактику.

— В любом случае он тебе в отцы годится.

— И что? – Она скрестила руки. – Ты же всегда говорила, что мне не хватило отцовской любви.

Отец Линды был из тех, кто не показывался дома, за исключением «особых случаев» – она его видела только по праздникам.

— Может, мне как раз нравится, что он мне в отцы годится! Может, он даже внешне напоминает мне отца. – Она засмеялась своим узнаваемым смехом, похожим на лай. – Как тебе такое в качестве диагноза по аватарке?

Воцарилось молчание, тяжелое и неприятное. Никогда еще разговор с Линдой не доводил меня до такой ярости – обычно мы быстро разрешали все разногласия за бокалом-другим. Когда я снова заговорила, я постаралась снизить голос, чтобы донести до нее смысл сказанного.

— Неужели ты правда считаешь, что эти отношения продлятся долго? Он же известный бабник. Линда, открой же глаза. Горбатого могила исправит. Ты же сама все время так считала.