Книга Последняя из Танов, страница 101 – Лорен Хо

11:55. Читала новости (ладно, сплетни) и случайно увидела в «Татлере» упоминание о вечеринке в честь помолвки Хелен и Магнуса. Эта гадина меня не пригла– сила!

Суббота, 14 мая

В дверь постучали. Я ждала, пока Линда откроет, так как она обосновалась в гостиной, несмотря на наличие полноценной второй спальни с нормальной двуспальной кроватью. Может, она теперь смотреть не может на двуспальные кровати.

Подождала целых две минуты и поняла, что Линда и не думала шевелиться. Пошла к двери и увидела, что она спит на диване голышом в окружении пустых водочных бутылок, а также бутылки красного шинона, полбутылки текилы «Патрон», бутылочки «Эвиан» и нескольких бутылок пива «Тайгер». Может, она не спит, а лежит уже мертвая?

Я открыла дверь. В коридоре стоял Эрик Дэн в светло-лимонном поло и летних брюках.

— Ты так и будешь на меня смотреть или все же впустишь? – проговорил он, когда пара секунд прошла в потрясенном молчании (с моей стороны).

Я приосанилась (на мне была ужаснейшая футболка с Ramones и посеревшие хлопковые шорты) и сказала:

— Моя подружка Линда спит голая в гостиной. Тебе нельзя заходить.

— Ну, тогда одевайся. Я тебя приглашаю на бранч с шампанским.

Я притворилась, что раздумываю над предложением, но, конечно, на самом деле слово «шампанское» меня убедило сразу.

— Я буду ждать в машине, – сказал он с легкой улыбкой на губах. – Не торопись.

Через сорок пять минут мы уже прибыли в «Сент-Реджис» (мне понадобилось всего двадцать минут на то, чтобы помыться, накраситься и натянуть приличное летнее платье в цветочек). И только уже в машине я поняла, что красивые босоножки с открытым носиком во всем великолепии демонстрируют мой педикюр месячной давности. Я попыталась повернуть ноги так, чтобы он не видел его, но он наверняка уже заметил – Эрик Дэн не из тех мужчин, кто пропускает такие детали. Я почувствовала себя самозванкой в его блестящей, безупречной машине, хоть его одежда и волосы имели некоторую элегантную помятость.

— У меня есть для тебя подарок, – сказал он. И сунул мне в руки сверточек в коричневой бумаге. И поднял бровь. – Я не уверен, что это достойная замена букету, но продержится дольше цветов.

— О! – воскликнула я, забыв о манерах. Я почувствовала, как по животу поднимается приятное волнение. – А что… За что это?

— За то, что ты такой приятный собеседник, – сказал он. «Собеседник». Какой странный выбор слова. Как будто мы соратники по клубу вязания крючком.

— Открывай, – подтолкнул он. Я разорвала обертку, как ребенок, думая, что увижу там блокнот «Молескин» или что-то практичное.

— О! – пропищала я, увидев обложку. И открыла ее трясущимися руками. Эта книга в переплете и с подписью была первым изданием «Оно ловит сердце мое в ладони» – моего любимого сборника поэзии Чарльза Буковски. Этого поэта я как-то невзначай упомянула месяц назад на встрече книжного-клуба-без-секса. А он запомнил.

Подпись его элегантным курсивным почерком гласила:

Андреа,

Надеюсь, мы только начинаем обмениваться поэзией.

Эрик

— Эрик, это слишком дорого, – я прошептала в смущении, толкая книгу на столе обратно к нему. – Я не могу это принять.

— Придется. Там написано твое имя, – он подтолкнул книгу обратно. – Я теперь не могу ее вернуть, сама понимаешь.