Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 119 – Лорен Хо

— Да, – бурчу я. – Наверное, придется… Отправь мне.

— Отлично. Сейчас я опущу руку, а ты пообещаешь, что не будешь выхватывать у меня телефон, договор?

— Да, – угрюмо отвечаю я.

Верн осторожно опускает руку с телефоном, но я не нападаю. Я держу свое слово. Он одобрительно хмыкает, просматривая мое выступление.

— Знаешь, если захочешь, то можешь написать что-нибудь о финансовых воротилах в твоей школе и об их детях, которые там учатся.

Я хихикаю:

— Но я вовсе не злой комик.

— А может, следует стать им? Самоуничижение в стендапе подходит не всем. Знаешь, думаю, тебе стоит попробовать и темную сторону комедии. – Верн указывает на определенный фрагмент. – Вот как здесь. Эта шутка стала бы намного жестче, если бы ты вдруг обрушилась на них ни с того ни с сего. Я что хочу сказать: у тебя такой приятный, солнечный характер, милое, симпатичное личико, и такая девочка-девочка вдруг раз – и выдаст убийственный беспредел; сыграешь на контрасте. – Он изображает взрыв.

Я прикусываю губу, краснея от его прямо вбитого в речь комплимента.

— Ну-у-у, не знаю, такое чувство, что это… не для меня.

— Не отказывайся, пока не попробуешь, – уговаривает Верн. – А кстати, как там твои так называемые друзья? Больше не расстраивают тебя?

Я прикусываю губу.

— В смысле?

— В смысле, ты уже начала избавляться от тех, кого я называю лишним багажом? Твои, так сказать, товарищи по команде? Горячие мигалки? Пустышки?

— «Вспышки-крутышки», – автоматически поправляю я.

Я думала об этом. С одной стороны, в том, что девочки про меня говорили, есть доля правды. Я надеялась, что они будут со мной дружить, хотя сама никогда и ничего не рассказывала о себе. Понятно, что мне хотелось с ними общаться. С другой стороны, не думаю, что «вспышки» когда-либо пытались по-настоящему подружиться со мной. И Верн помог мне это понять. Я – не одна из них, и это нормально – и, более того, они мне не нужны.

— Сначала было больно, – признаюсь я. – Я ведь и правда думала, что мы друзья, а не просто товарищи по команде. Но без фальшивых подруг мне лучше.

— Будь, как я, Агс. Я сосредоточен на достижении цели и стараюсь не перегружать свою систему опор, – говорит Верн. – В моей жизни есть люди, которых поддерживаю я и которые поддерживают меня. – Он улыбается. – Мой клан. Мои люди. Моя стая.

— Ты имеешь в виду – друзья?

В его глазах насмешка.

— Друзья. Для некоторых людей это слово ничего не значит. Что такое друзья для девушек вроде твоих «вспышек»? Люди, с которыми они общаются? Тусовки и сплетни? Мне не нужны такие «друзья».

То, о чем говорил Верн, звучит не так уж плохо. Ощущать принадлежность к чему-либо – это хорошо.

— Тогда чего ты хочешь, Верн?

— Скажу проще: любой, кто не может обогатить мой жизненный опыт здесь, на Земле, любой, у кого нет потенциала что-либо изменить, не стоит того, чтобы я открывался ему или принимал его в своей жизни.

— Звучит как… как сделка.

Он усмехается.

— В любых отношениях присутствует элемент сделки. Ты это поймешь, когда повзрослеешь. Мы все даем и все берем от людей в нашей жизни. Разница в том, что некоторые люди берут больше, чем дают. Я верю, что отдавать нужно столько же, сколько и берешь. Услуга за услугу.

Я молчу. Не то, чтобы я не согласна с этой концепцией, но она звучит так мрачно, если говорить так, как выразился Верн. Но он старше, а значит, знает, о чем говорит.