Книга Любовь приходит в Рождество, страница 42 – Шейла Робертс

— Но зачем ему на небеса? Я так не хочу! – заупрямилась Стеф.

Адель усадила ее на колени и со слезами на глазах ответила:

— Я тоже не хочу, но так уж случилось.

Она поцеловала Стеф в макушку и, усадив обратно на стульчик, дала ей печенье, а сама пулей вылетела с кухни и унеслась к себе в спальню, чтобы выплакаться.

— Папа может навещать тебя во сне, – выдумала с ходу Френки.

И Стеф с надеждой на нее посмотрела.

— Правда?

— Ну конечно, – ответила Френки.

Стеф кивнула, и слезы понемногу отступили.

На следующее утро она заявила Френки, что папа пришел к ней во сне и сказал, что любит. Кто знает, правда ли ей приснился их отец или она себе все это придумала? Но в любом случае ей стало легче. Неделю спустя их отец опять пришел к Стеф во сне, в ту самую ночь, когда Адель позвонила агенту по недвижимости и выставила дом на продажу.

Продали его в январе, а переехали уже в феврале, и было чувство, что не только жизнь отца тогда оборвалась. Френки заартачилась, а Стеф расплакалась, но в конечном итоге они нашли новый дом в Кэроле – где до сих пор жила сама Адель, – и потихоньку жизнь вернулась в привычное русло. Хотя прямых дорожек в жизни не бывает, да и без ухабов не обходится.

Но надо быть благодарной за светлые полосы.

Натали привела Уорнера обратно на кухню, чисто вымытого и готового лепить вкусняшки. Френки поручила внуку снимать фантики с фирменных трюфелей от Hershey’s со вкусом мятных палочек и раскладывать их на мини-претцели.

Пока они всем этим занимались, Френки думала о мальчике, написавшем письмо. Если мужчина остался один-одинешенек, может быть, на Рождество ему только того и нужно, что найти вторую половинку. Мужчина с маленьким сынишкой на руках – чего еще желать для Стеф?

Совсем не то, что Брок.

Сладости на несколько минут убрали в духовку, чтобы трюфели успели подтаять. Затем Френки сняла их с противня и показала Уорнеру, стоявшему рядом на стульчике, как осторожно разложить поверх шоколада M&M’s в рождественских цветах. Удалось ему это не с первой попытки, но в конце концов он наловчился.

— А теперь положим их в холодильник, пусть немного застынут, и скоро можно будет забирать вкусняшки домой, – пообещала Френки.

— Ура! – восторженно выкрикнул Уорнер, спрыгнув со стула.

Он показал пальцем на оставшуюся пачку M&M’s.

— Ба, а можно мне конфеток?

— Конечно.

Френки взяла пачку в руки.

— Протяни ладошки.

Уорнер сложил руки пригоршней и радостно запищал, когда бабушка насыпала ему целую горку драже.

— У мамы конфеты гораздо вкуснее, но эти им почти не уступают, – сказала она.

— Столько сахара на ночь – мы же его никогда не уложим, – вздохнула Натали, увидев, как Уорнер набивает рот конфетами.

Но лицо ее озарилось улыбкой.

— Все-таки праздники, – ответила Френки.

Она улыбнулась, глянув сверху вниз на маленького ангелочка с зелеными глазами, точь-в-точь как у ее дочери, и прелестными янтарными завитушками.

Вот она, стоит в окружении самых любимых и близких. Так для нее выглядит счастье. Ради таких вот дней и стоило жить – пусть это и не жизнь ее мечты, но все-таки чертовски близко к совершенству.

Да, жизнь хороша, решила она про себя, усевшись на кожаном диване у Митча с большущей миской попкорна, в уголке, который вот уже давным-давно застолбила.