Книга Любовь приходит в Рождество, страница 134 – Шейла Робертс

— Свежестью. И… снегом. Как тебе такое шедевральное описание?

Он рассмеялся.

— Неплохо. Сразу видно журналиста. Со словами ты обращаешься ловко. – Тут он посерьезнел. – И так же ловко вызываешь улыбку.

— На твою улыбку приятно смотреть, – сказала она и дотронулась до его губ.

Большая ошибка. Теперь ей захотелось их коснуться не просто по-дружески.

И в его глазах она прочла то же самое. Грифф шагнул к ней.

— Ты же еще пойдешь со мной на свидание, правда?

— Пойду, – сказала она.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Ты же знаешь, как закрепляют обещание?

Ответа он дожидаться не стал. И, наклонившись, поцеловал ее. Коротко, чтобы не устроить романтическую сцену в самом центре города – хотя Стеф не возражала, – но этого хватило, чтобы сердце у нее в груди затрепетало.

— Побольше бы нам таких обещаний, – размечталась Стеф, и Грифф улыбнулся.

— Это точно, – ответил он. – Я тебе позвоню.

Она смотрела ему вслед – мужчине в деловом костюме и накинутом поверх него пальто. Есть что-то привлекательное в мужчинах, одетых в пальто.

Поправочка, есть что-то привлекательное именно в этом мужчине в пальто – высоком, стройном, широкоплечем. А теперь, когда он снова научился улыбаться… ого! Этому мужчине, что ступает робкими шагами в лучшую жизнь, ненавидит Санту, но искренне любит сына, имеет смысл посвятить больше времени.

В отличие от Ричарда, напыщенного и лощеного, уверенного в собственной безупречности, Гриффин Маркс совершенен как раз в своем несовершенстве.

И Стеф безумно хотелось остаться с ним рядом как можно дольше.

* * *

Сильно затянувшийся «разговор» у Митча в офисе перетек в такой же затянувшийся обед в La Bella Vita, а затем неторопливую прогулку до работы с остановкой у витрины «Сокровенных камней», с которой им так и подмигивали бриллианты.

— Рановато нам еще на них заглядываться, – сказала она.

— Да, давай еще хотя бы лет десять побудем друзьями, – съязвил он, и Френки показала ему язык.

— Я все равно хотел тебе что-нибудь взять. Пойдем. – Митч позвал ее в магазин. – Как насчет этого? – спросил он и показал на изящный бриллиантовый кулон белого золота в форме символа бесконечности.

Кулон был очаровательный, но Френки запротестовала.

— Как-то дороговато.

— Хочешь сказать, что ты того не стоишь? – подколол ее он. – Сколько? – спросил он Сэма, владельца.

— Оно сейчас как раз со скидкой, – ответил Сэм.

— Вот видишь, – сказал Митч Френки. – А против скидки не пойдешь. Я возьму, – сказал он Сэму.

— О нет, – спохватилась Френки. – А у меня для тебя, кроме печенья, ничего нет.

— Твое печенье бесценно, – заверил ее Митч.

И вот она уже вышла из ювелирного с новым кулоном на шее.

— Просто прелесть, – сказала она, взяв Митча под руку.

— Не забудь, что это означает, – улыбнулся он.

Он проводил ее до «Праздничного настроения» и коротко поцеловал напоследок, после чего сказал, что вечером зайдет забрать печенье, которое она ему напекла. И продолжить то, на чем они остановились.

— Долго же ты там пропадала, – заметила Адель со своего поста за кассой, когда Френки переступила порог.

— К Митчу ходила, – ответила Френки и пошла ей на помощь.

— А, – понимающе отозвалась Адель.

— Вот-вот, – сказала Френки и вся просияла.

Она показала матери кулон.

— Мы теперь официально стали парой.