Книга Моя бывшая жена, страница 130 – Оливия Лейк

— Я хочу, Маш. И я очень скучаю. Очень.

Он приехал, когда мы сидели в кафе, в зоне динозавров. Я редко видела Сашу не в рубашке и брюках, но ему шли джинсы и красный худи. Так он казался ближе к народу. Чиновникам на заметку нужно взять.

— Здравствуйте, Анна Васильевна, – Саша с мамой встречались еще, когда я практику первую проходила, – Маша, – мне улыбнулся. – Саша, – протянул руку Паше.

Сын удивленно посмотрел сначала на крупную ладонь, потом на мужчину, ее протянувшего.

— Паша, – пожал максимально крепко. Кирилл сам учил.

— Александр Дмитриевич, – мама с интересом посмотрела на него. – А я вас помню. Ух и важным вы были в молодости!

Он и сейчас важный! Это я про себя подумала.

— Да, был за мной такой грех, – Саша покаянно уронил голову. – Да и есть, признаться.

Паша веселился, но присматривался к новому человеку в нашей компании. Мы отстояли небольшую очередь на машинки, но сотрудник не посадил сына одного, а меня тошнило на таких. Маму мы оставили на лавочке возле Смурфиков: она без сил, стонет, домой хочет.

— Извините, дети ниже ста тридцати только с сопровождением.

— Паш… – хотела объяснить, но…

— Поедешь со мной? – предложил Саша. – За рулем ты, – и руки поднял, что на главного не претендует.

— Мам, а ты? – сын сомневался.

— Милый, – я присела и на ушко сказала: – у меня бе будет. Ты же знаешь.

Они пошли вместе. Я смотрела на них и не знала, что чувствую. Когда-нибудь это должно было произойти. Я не собиралась всю жизнь у окна сидеть, долю свою женскую оплакивать. Хотя иногда чувствовала, что сложно мне быть правильной женой. Разрываюсь я, золотую середину сложно найти, баланс трудно поймать. Я не хотела быть либо женой, либо матерью, либо врачом. Но я не умела совмещать, хромала на обе ноги. Только сейчас грустно было не из-за этого. Из-за другого…

Это Кирилл должен гулять с Пашей по парку, есть сахарную вату и кататься на машинках. Потому что это правильно! Это его сын! Мне сложно поверить, что между Пашей и женщиной, он мог выбрать женщину. По крайней мере так быстро. Как можно вычеркнуть из жизни родного ребенка, вот так с легкостью и без сожаления? Со мной тут все ясно: вкусил свободу и понял, что замену бывшей и далеко не лучшей жене на Земле, найти легко, но сын – это ведь родная кровь… Кирилл больше не звонил никому из нас: ни мне, ни ему.

— Все нормально? – спросил Саша, пока мама повела внука в туалет.

Я уткнулась носом в его плечо, вдохнула аромат горького апельсина и свежей мяты. Мне так нужна поддержка, просто понимание,

чуточка нежности и все, я вся ваша на блюдечке и с голубой каемочкой. Как сложно быть женщиной: хочешь быть сильной, но на деле такая слабая.

— Ты мне нужен, Саш. Просто хочу, чтобы ты это знал.

Он крепко обнял меня, в макушку поцеловал, и я расплакалась от его ласки, просто на разрыв. Всхлипывала и шмыгала носом, пытаясь объяснить, что со мной происходит.

— Тише, тише, – он завел меня в большое игрушечное дерево. – Расскажи мне, Маш. Что с тобой происходит.

— Кир-илл, – заикалась я. – Он пере-стал с Па-шей обща-ться, а сегод-ня мы его в кафе виде-ли с женщи-ной. Мне так обидно! – взвыла я. – Паша кричал, что это папа, а я уводила его, чтобы не видел, чем папа занят, – теперь я злилась. На Кирилла. Что посмел разбить образ надежного, как скала, мужчины! Даже история с Мариной не пошатнула этой веры. Он ведь своих не бросает, так когда мы перестали ими быть? Паша разве перестал?!