Книга Замужем за немцем, страница 67 – Света Беккум

У них есть Танья, но нет Татьяны. Есть Юлья, Катья, Сонья. Но если девушку зовут, к примеру, Катарина или София – то тут уж, пожалуйста, называйте правильно. И никогда Маргарита не станет Ритой, а Александр – Сашей. Потому что это четыре абсолютно самостоятельных полных имени.

— А вы что же, не празднуете карнавал? – спросил Валентин, вежливо обращаясь на «вы» к моему Лёвушке.

При этом он имел в виду, конечно же, наш внешний вид. Добропорядочный бюргер Леопольд сидел, не изменяя своему привычному образу, в клетчатой, застёгнутой на верхнюю пуговицу фланелевой рубашке. Я тоже оделась в тон мужу – ноль косметики плюс свитер с джинсами.

— Молодой человек, – Лео уселся поудобнее, откинувшись на спинку стула, и сложил руки на груди, что значило начало как минимум получасового монолога. – Знаешь ли ты, сколько времени и денег это стоит – состоять в клубе карнавалистов?

Дальше Лео продолжил уже слышанный мною рассказ о «трудностях настоящего карнавалиста» и почему он им не стал. А мы со Златкой обсудили её нового знакомого.

Парень скромный, молодой, не женат, немного заучка. Познакомились на улице, на карнавале, случайно. Хотел бы переехать, старается, шансов нет.

Официантка принесла нам пиво и горячие колбаски с горчицей, и, чокаясь бокалами, мы одновременно произнесли традиционное местное приветствие:

— Прост!

Сначала атмосфера за столом царила благодушная. Лео, довольный, что парень так внимательно и вежливо выслушал его историю, задавал ему вопросы о России. Злата украдкой поглядывала в карманное зеркальце – не съела ли она свою помаду. Я же была настороже, зная Лео и его взрывной характер.

Не дожидаясь, пока Лёвушка перейдёт от вопросов экономической политики к понятию «демократия», я встряла в разговор:

— Леопольд, дорогой! Злата с Валентином собираются на литературный вечер. Приезжает известный автор – Владимир Каминер. Ну, ты его знаешь, у тебя на полке стоит его книга – «При социализме секса не было». Не хочешь присоединиться?

— О! – Лео забыл про политику и оживился. – Это отличный писатель! Единственный, кто пишет правду о своём советском прошлом, и с таким юмором! Обхохочешься. Представляете, он пишет, что в СССР были пионерские отряды. И бедные дети получали нелепые пионерские задания. Например, переводить бабушек через дорогу. А так как эти отряды имели нормативы и соревновались между собой, то, чтобы добиться показателей, они мотали туда-сюда одну и ту же бабушку! Ха-ха-ха, это надо же, какой идиотизм!

Я криво усмехнулась. Любители всё же эти немцы посмеяться над нелепостями прошлой жизни жителей восточного блока. И бывший москвич, а ныне берлинец Владимир это быстро понял. Спекулируя на нашем печальном совковом прошлом, он написал здесь уже больше десятка смешных книжек и стал большим любимцем германского народа.

— Т-точно, я же его в-видел! – Валя при волнении немного заикался. – К-круто юморит! Г-говорит, что немец, у которого весь шкаф не заставлен па-папками со скоросшивателями, где хранятся всякие к-квитанции, собираемые г-годами, ничего не достиг в этой жизни. Хе-хе-хе!

«Сто процентов, – одобрительно подумала я про себя. – У моего Лёвушки с десяток только действующих скоросшивателей в книжном шкафу стоит, не считая необъятного архива».