Книга Замужем за немцем, страница 65 – Света Беккум

Итак, Ивановский был смущён и обижен девочками своей начальной школы, которые, нарядившись в этот особенный четверг в разноцветные карнавальные костюмы, мазали мальчишек помадой и срезали им шнурки на ботинках. И Лео, посмеиваясь, объяснял ребёнку, что ничего тут не поделаешь, такая, мол, традиция!

В «Бабий четверг» мужчинам, не ищущим на одно место приключений, лучше оставаться дома.

В одиннадцать часов и одиннадцать минут мы стояли на городской площади – «праздник на площади, праздник для всех!» – и наблюдали необычную демонстрацию – вереницу женщин, по группам разряженных в костюмы колокольчиков, ведьм, крестьянок и проч.

Особенностью местных костюмеров было умение приспособить воздушные платья на тёплые куртки так, чтобы барышни не выглядели базарными толстушками. На головах дамы тоже пристраивали что-то невероятное – цветы, фрукты, звёзды и остроконечные шляпы с широкими полями. Флейтистки в треуголках с перьями, гусарских пиджачках и коротких белых юбках играли синими губами походные марши и завидовали тёплым перчаткам барабанщиц.

Процессия потянулась по городским улицам, бросая в прохожих и сторонних наблюдателей вроде нас карамельными конфетами. Ваня вытаращил глаза на падающие с неба конфеты и не знал, что ему с таким счастьем делать.

— Давай собирай! – подбодрил его Леопольд.

Я замёрзла через двадцать минут:

— Лео, пойдём домой, я всё поняла.

— Ничего ты не поняла. Самое интересное начнётся после шествия. «Бабы» потянутся группами по пивнушкам и ресторанам, устраивая в каждом заведении маленький сабантуй с песнями и плясками. При этом они обязаны задевать всех мужчин, которых встретят. Разрешено целоваться, отрезать галстуки, а в худшем случае – далеко за полночь – могут даже снять штаны и порезать их на ленты.

«Дикий народ», – подумала я. Почему-то эта идея меня не вдохновила.

Впрочем, в одиночку отрывались «бабы» только один день. С пятницы к ним присоединялись мужчины, одетые крестьянами, матросами или индейцами.

Пивнушки опять наполнялись, к удовольствию их владельцев, ликованием. И, положив друг другу руки на плечи, немцы качались из стороны в сторону за длинными деревянными столами, распевая песни, ритм и музыку которых можно прочувствовать, вспомнив клип Кабаре-дуэта «Академия» «Когда муж пошёл за пивом».

В субботу мы опять стояли на городской площади и наблюдали, как бургомистр с большой трибуны передавал ключ от города карнавальному принцу, которого в нашем городке выбирали тайно, создавая тем самым у населения интригу до последнего дня. Группа поддержки в костюмах из кинофильма Марка Захарова «Тот самый Мюнхгаузен» зачитывала «Указ о временной передаче города в руки карнавалистов», и музыканты громыхали литаврами.

В воскресенье Иван разжился конфетами на «Детском карнавале» (Kinderkarneval), где маленькие копии барабанщиц в треуголках с перьями и коротких белых юбочках маршировали под предводительством взрослых «унтер-офицеров».

А в «Розовый понедельник» (Rosenmontag) ровно в одиннадцать часов и одиннадцать минут потянулись по городским улицам огромные самодельные карнавальные повозки – кульминация праздника!

Повозки мастерились каждый год на злобу дня самими членами многочисленных карнавальных сообществ. И я представляла, сколько трудов положили карнавалисты на украшение бумажными цветочками пятиметровой пчёлки Майи. Каждая группа наряжалась в тон повозки, а если её к тому же сопровождали свои музыканты – это был просто шик!