Книга Любовь и пряный латте, страница 121 – Мисти Уилсон

— Я хотел сказать, я не думал, что твоя мама так сильно изменится после того, как она – по взаимному соглашению – уйдет с работы и станет сидеть с тобой.

Я сразу же вспоминаю, какой видела маму в последние пару месяцев. Она так радовалась, что снова рисует и работает в магазине. Не верю, что она сама захотела бросить любимое дело.

— Вы именно договорились? Или ты заставил ее уйти с работы?

Папа фыркает.

— Разумеется, я никого не заставлял. Я всего лишь сказал, что, по моему мнению, будет лучше, если забота о тебе станет ее полноценной работой. Зачем поручать твое воспитание какой-то няне, если мама вполне могла выполнить эту задачу?

— Ты сейчас серьезно? – Я щурю глаза. – Тогда почему ты сам на это не пошел? Почему не отказался от своей карьеры, чтобы растить и воспитывать меня?

Папа усмехается.

— Эллис, она работала в картинной галерее. Ее зарплаты бы не хватило, чтобы прокормить нас всех. Там ей платили немногим больше, чем она получала, когда продавала свои картины.

— Дай-ка я угадаю, от этого ты тоже ее заставил отказаться?

— Еще раз, я никого не заставлял. Мы оба согласились, что рисование – это скорее хобби, и что ей следует найти нормальную работу. Тогда она пошла работать в галерею, – до тех пор, пока не родилась ты.

Я смотрю на него и чувствую себя чужой в собственной семье. Передо мной, как на ладони, проносится вся моя жизнь, только теперь я вижу ее с иного ракурса и понимаю, что на самом деле происходило в отношениях моих родителей.

Кажется, меня сейчас стошнит.

— Так, давай проясним, – говорю я, – ты заставил маму отказаться от всего, что ей нравилось и что было для нее важно, потом ты решил, что тебе не нравится, какой она стала, в то время как она всю жизнь посвятила семье и воспитанию меня, потому что ты сам этого хотел, а потом ты начал встречаться с женщиной помоложе, которая успела сделать карьеру?

Тишина, воцарившаяся в нашей стерильной квартире, душит меня, стоит мне вспомнить, что я наговорила сегодня маме. Я ужасно с ней поступила.

— Элли-Белли… – Папа делает шаг ко мне.

— Нет. Я всю жизнь искала твоего одобрения, папа. Когда я была маленькая, ты вечно пропадал на работе, и я стала интересоваться тем, что интересно тебе, лишь бы ты меня заметил. Сколько я себя помню, я отчаянно хотела твоего внимания. Хотела, чтобы ты мной гордился. Пыталась быть похожей на тебя. – Я больше не пытаюсь сдерживать слезы, потому что мне надоело подавлять эмоции только в угоду отцу. – Я твоя дочь, но стоило нам только уехать, ты стал относиться ко мне как к очередному клиенту. Хотя нет, будь я клиенткой, я бы удостоилась телефонного звонка и разговор бы продлился дольше трех минут. А хуже всего то, что я стала для тебя помехой, ведь у тебя на уме была только твоя подружка. Я правильно понимаю, это из-за нее ты не захотел, чтобы я приехала к тебе в тот раз?

Папа смотрит себе под ноги и молчит.

— Да, я так и думала.

Я подхожу к столику и забираю свой телефон и кошелек.

— Куда ты?

— Не знаю. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.

— Оставайся. Я отменю все планы с Кэтрин, – говорит он.

— Не стоит.

Папа вслед за мной идет к двери.

— Твоя мама сказала, что планирует купить дом в Коннектикуте. Я понимаю, что сейчас ты злишься на меня, Элл, но пожалуйста, не позволь провинции отвлечь тебя от целей, к которым ты так усердно шла.