Книга Найди сердце королевы, страница 179 – Фэя Моран

— Да, приказываю. А теперь открой рот, как послушный мальчик, и ешь.

У него слегка приподнимаются брови от удивления, а я не верю в то, что это всё спокойно сказала ему в лицо. Ещё и таким серьёзным тоном.

Нанизав на вилку кусочек варёного мяса, я подношу его к губам Гая. Он послушно открывает рот.

— Молодец, – говорю я, когда он стягивает говядину с вилки зубами.

— Ты первая женщина, которая видит меня в таком уязвимом состоянии, моя роза, – произносит Гай, жуя. – Я не знаю, должен ли радоваться или грустить по этому поводу.

— Мне только в радость впервые ответить заботой на твою заботу.

На его губах снова появляется улыбка.

Я хочу его поцеловать. Лечь рядом и обнять так крепко, что забудется весь мир. Забудется всё, что когда-либо существовало. Потому что в такие моменты для меня нет иного смысла жизни, только Гай, только он…

— Чем занималась, пока я бездельничал? – спрашивает он.

Я даю ему откусить немного брокколи, а потом отвечаю:

— Ничем… Пыталась найти телефон, чтобы позвонить парням и спросить, как у них дела.

Я закусываю губу, когда вспоминаю Уэйна, а потом пытаюсь понять, стоит ли мне упоминать встречу с ним. Однако в итоге решаю об этом не заговаривать пока.

Гай съедает ещё несколько кусочков овощей с мясом, а потом говорит, что больше не хочет. Я убираю тарелку. Переведя взгляд на комод, вижу раскрытую книгу, лежащую страницами вниз.

— Любишь читать? – спрашиваю, беря её в руку. Мягкий переплёт с изображением половины мужского лица с жутковатой улыбкой. – «Бойцовский клуб»? О чём она?

— О парне, который, сам того не понимая, страдает от раздвоения личности. – После небольшой паузы Гай добавляет: – Но это был жуткий спойлер. Теперь смысла читать у тебя нет, извини.

Я смеюсь, откладывая книгу.

— Ничего страшного. Я не слишком увлекаюсь художественной литературой, честно говоря.

— Здорово. Потому что Моника, например, одержима любовными романами. Нейт любит поныть о том, что все его деньги уходят на книги для неё.

— Тебе жалко было бы тратить деньги на книги для меня? – наигранно обижаясь, спрашиваю я.

— Нет. Боюсь, как раз наоборот: я тратил бы на них все свои миллионы, так что шкафов у нас не хватило бы.

Я смеюсь – искренне и весело. Почти так, будто ничего плохого никогда и не случалось. Его рука тянется к моей ладони. Сейчас на его пальцах нет колец.

— Мне хочется признаваться тебе в любви каждый день, моя роза. В порядке ли я?

Я кладу ладонь на его лоб, делая вид, что проверяю температуру.

— Думаю, да, – улыбаюсь я. – Пока ты здоров, к счастью.

— Значит, всё же я не глупец? – спрашивает он. Глаза смотрят на меня пронзительно. – Надеюсь, меня не обманет собственное сердце.

— Сердце никогда не обманывает… Мне так говорили.

— Пока оно бьётся для тебя, оно вряд ли мне солжёт, – тихо произносит Гай, притягивая меня за руку ближе и целуя ладонь.

Я мысленно возвращаюсь обратно в подвал, в тёмную и прохладную комнатку, в которую нас бросили. Вспоминаю голову Гая, прислонившуюся к стене, вспоминаю весь мой ужас от того, что я не обнаружила сердцебиения спустя несколько часов. Меня едва наизнанку не выворачивает от этих ещё чётких воспоминаний.

— У нас, кстати, не было свадьбы, – произношу я, чтобы отвлечься от тягостных мыслей.

Гай улыбается и кивает: