Книга Младшая сестра, страница 237 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

Глубоко встревоженный подробным отчетом обожаемой сестры о ее мытарствах, мистер Говард не колебался ни минуты. Первейшим его намерением было помчаться к Кларе, чтобы утешить и защитить ее, и каковы бы ни были последствия, все они должны были померкнуть перед ее зовом.

С трудом подавляя чувства, мистер Говард обратился к бывшему ученику:

— Провидение, милорд, решило не в мою пользу. Теперь я вынужден уступить вашей просьбе и подчиниться настоятельному велению долга. Моей сестре необходимо мое присутствие, и, если мне удастся уладить дела сегодня, я отправлюсь в Уэльс ночной почтовой каретой.

Нескрываемая радость лорда Осборна явилась несомненным доказательством того, как глубоко он принимал это дело к сердцу и как мало заботился о чувствах окружающих, за исключением тех случаев, когда они расходились или совпадали с его собственными. Юноша горячо похвалил Говарда за то, что тот решил ехать немедленно, и с такой же готовностью поблагодарил бы и миссис Уиллис за то, что она вызвала брата к себе. Он постарался устранить все возможные трудности, связанные с проведением воскресной службы, и возразил только против настояний Говарда, считавшего, что он обязан подняться в замок и попрощаться с дамами. Впрочем, тут доводы его милости пропали втуне. Мистер Говард был полон решимости самолично объяснить причину своего отъезда, не препоручая этого никому другому. Вероятно, он тешил себя надеждой, что его участливый друг леди Гордон позволит ему увидеться с Эммой наедине и тогда он сможет изложить свои намерения яснее, чем осмеливался до сих пор. Но если Говард и лелеял подобные мысли, то, разумеется, был обречен на разочарование, поскольку, войдя в хорошо знакомую ему гостиную, с бесконечной тревогой узнал, что Эмма совсем слегла.

Леди Гордон объявила, что ее гостья «очень нездорова и не способна к какому‑либо напряжению», у нее сильный жар и, если к вечеру ей не станет лучше, непременно придется обратиться за врачебной помощью. Мистер Говард с сожалением был вынужден откланяться, ободренный лишь заверениями леди Гордон, которая сказала, что разделяет его беспокойство по поводу сестры и что мисс Уотсон, несомненно, испытает те же чувства, как только ей позволят узнать о случившемся.

Уверенность в том, что Эмме объяснят истинную причину его отъезда, служила мистеру Говарду самым большим утешением, ибо в этом случае девушка обязательно простила бы и, вероятно, даже пожалела его. Молодой пастор уехал, и лорд Осборн, ненадолго избавившись от грозного соперника, тотчас отложил свое признание на неопределенный срок: теперь у него не было повода торопиться, ибо он в любое время мог опередить Говарда.

Эмме нездоровилось еще несколько дней; вероятно, ее недуг усугубило известие о неожиданном отъезде мистера Говарда в Уэльс, о чем ей нашептала сиделка. Мисс Уотсон было совсем не с кем поделиться своими чувствами, а оттого, что ее держали в неведении, разочарование было еще сильнее. Леди Гордон, скорее всего, догадывалась о чувствах подруги, но была слишком тактична, чтобы показывать это, разве что держалась еще предупредительнее. Разумеется, Эмма больше ни с кем не виделась, если не считать аптекаря, который отнюдь не служил занимательным собеседником и по этой части не шел ни в какое сравнение с ее прежним врачом, мистером Морганом.