Книга Мой темный Ромео, страница 102 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

— Потому что я так велел.

Она издала театральный вздох.

— О, что ж ты сразу не сказал? Тогда иди первый. А я непременно пойду за тобой.

Я улыбнулся.

— Серия о Генри Плоткине будет чудесно смотреться в языках пламени, когда начнется твой театр огня.

Это стерло довольную улыбку с ее лица.

— Веди.

Путь до моей спальни проходил в полной тишине. По крайней мере, между нами. В самом доме шума было больше, чем на концерте BTS.

Я закрыл дверь и запер ее вдобавок. Когда мы оказались наедине, изящные черты лица Даллас омрачила неуверенность. Я подошел к ней вплотную, теряя остатки самообладания.

Она прижалась спиной к окну.

— Тебя сразил сердечный приступ? – Однако язвительность в ее голосе исчезла, сменившись робостью. – Учитывая, что ты помешан на порядке, а тут веселится триллион человек.

— Чье это платье? – Я схватился за ткань и скрутил ее в кулаке, пока она не натянулась на ее гладкой коже.

— Морган. – Даллас сверлила меня взглядом, вздернув подбородок. – Она здесь.

Я даже глазом не моргнул.

— Да как бы не так.

— Откуда ты это знаешь?

— Оттуда, что, разобравшись с ней, я сослал ее в Норвегию. Последние шесть лет она не появлялась в Штатах. Она скорее покончит с собой, чем начнет сама меня искать.

Жестокие слова, сказанные без капли сочувствия. И все равно Морган даже этого не заслуживала.

Вид у Печеньки был испуганный.

— Господи, что ты сделал с бедной женщиной?

— Только то, что она заслужила. Отвечай на мой вопрос. Чье это платье?

— Эбби Калгман.

Эбби Калгман. Одна из самых видных подружек Мэдисона. Он часто демонстрировал ее в наших кругах. Если честно, я подозревал, что она искренне ему нравилась. Готов поспорить на то, что осталось от моего поместья, и дикую жену, которая его разрушила, что они до сих пор встречались.

— Пожалуй, стоит вернуть его ей… – Даллас сглотнула. Смущение окрасило ее щеки румянцем, вероятно от воспоминаний о том, как она показывала всем присутствующим на вечеринке свои сиськи и задницу. – Я пойду.

Она попыталась прошмыгнуть под моей рукой, но я прижал ее сильнее, а на моем лице заиграла злобная улыбка.

— Что ж, миссис Коста, боюсь, я не могу позволить вам уйти без должного прощания.

— Ты о чем…

Одним плавным движением я разорвал платье от декольте до самого низа и бросил его валяться двумя клочками ткани на паркетном полу. На Даллас остался черный лиф без бретелей и кружевные стринги в тон.

Ее рот приоткрылся.

— Ты сумасшедший.

Я стал расстегивать ремень. Раз уж мне пришлось потратить впустую половину рабочего дня, то это должно обернуться чем-то хорошим. Как только я вынул член, тяжелый и набухший, Даллас покинули все возражения и ехидство. Она облизнула губы.

— Где ты хочешь его почувствовать? – требовательно спросил я.

Она подняла взгляд и встретилась с моим.

— Внутри.

— Где? Говори конкретно. У тебя много отверстий, и сейчас все они так и жаждут, чтобы их трахнули.

В редкий момент просветления мне пришло на ум, что Печенька воспримет это как награду, а не наказание, и это может привести к непреднамеренному побочному эффекту, который закрепит ее дурное поведение. Но еще мне пришло в голову, что если моя непокорная жена в ближайшие несколько минут не прикоснется к моему члену, упомянутый член может в самом деле взорваться.