Книга Даже когда я уйду, страница 161 – Николь Фиорина

Лезвие прижалось к горлу еще сильнее. Глаза жгло.

— То есть, ты вот-вот должен был ко мне вернуться, а потом появилась она и все, черт подери, испортила! Из-за нее меня изнасиловали! Лицемерно, не находишь? Не забыла об этом, Мия? Помнишь, как смотрела на Айзека, который мной воспользовался? – прошипела она мне в ухо.

— Мия в этом не виновата, – поспешил заверить ее Олли.

— Да ну прям! Когда ты ушел, я узнала о ней все. Как она говорит, как двигается. Я хотела понять, что в ней было такого, что тебя привлекло. Почему ты выбрал ее, а не меня! По всему выходило, что она просто мелочная шлюха, – колено ее врезалось мне в спину, и я запрокинула голову. Она намотала мои волосы на кулак. Я скривилась, и Олли снова приготовился бежать вперед.

— Подойди поближе, Олли. Попробуй. Только попробуй.

Олли схватился за волосы: он скрежетал зубами, и слезы катились из его покрасневших глаз.

— Я убью тебя, Брия. Или Мэдди. Кем бы ты там, черт, ни была. Богом клянусь, я тебя убью!

— Ой, ну тише, я ведь еще не закончила рассказывать свою историю, – Мэдилин рассмеялась. – Ты уехал, а я осталась. Чтобы стать девушкой твоей мечты. Я услышала, как Линч говорил о твоем возвращении… И тогда поняла, что мне пора действовать. Убрать ее с концами. И мне почти удалось это сделать! Я даже науськала на тебя Брианну, чтобы она отвлекла тебя, держала подальше от Мии. Можешь в это поверить? Я позволила Брианне с тобой трахаться, чтобы ты был удовлетворен. А потом мы бы снова сошлись. Вот как сильно я тебя люблю, Олли.

— Тебе нужна помощь, – прошипел Олли сквозь сжатые зубы. – Позволь мне помочь тебе. Ты больна.

— Что ж, любовь толкает на безумные поступки – Мэдилин схватила меня за руку и стащила с лавочки, а потом повела к стулу, не убирая лезвия от горла. Страдания Олли приносили мне больше боли, чем нож или мысли о смерти. Мне хотелось обнять его, сказать, что все будет хорошо. Хотелось осушить его слезы. Быть рядом.

— Есть какие-нибудь последние слова?

— Ты веришь мне, любовь моя? – спросил меня Олли.

Он пытался сделать так, чтобы голос его не дрожал, но он все равно звенел от переполнявших его эмоций. Я прикусила губу и кивнула. Его зубы задрожали.

— Закрой глаза, крепко-крепко. – По его красной щеке скатилась еще одна слеза, он поднял голову и поймал мой взгляд. – И не открывай их, несмотря ни на что.

Я зажмурилась – так сильно, что перед глазами замелькали звезды. А потом они превратились в белые фигуры, треугольники и круги, которые постоянно двигались и трансформировались. Я представила, как мы с Олли танцуем. Представила фейерверки. И библиотеку. Я боролась за то, чтобы вспомнить те украденные моменты… кончик ножа проколол мне кожу. Из глаз хлынули горячие слезы, но я больше не боялась. Вокруг звучали голоса, голова кружилась, и лезвие вдруг исчезло – вместо него меня коснулась теплая рука Олли. Я снова могла дышать.

Кто-то охнул.

Что-то упало. Я все еще не открывала глаз.

Меня подняли со стула. Меня окружало тепло. Я почуяла морской бриз. Свободу. Олли.

— Мия, посмотри на меня, – он плакал.

Я заморгала, открыв глаза, и увидела перед собой сломленного человека.

— Мне так жаль, – повторял он снова и снова.

Я повернула голову, все еще дрожа всем телом, и увидела Мэдилин: она лежала на полу с ножом в боку.