Книга Теперь открой глаза, страница 75 – Николь Фиорина

На прошлой неделе, в тот день, когда Мия впервые отправила меня восвояси, я забрел в магазинчик на углу, пока слонялся по главной улице. Когда-то вера моя была непоколебимой, но теперь, в незнакомом месте и после того, как наш с Мией мир порушился, ее начало покачивать. Я прикупил шесть банок пива и открыл первую по пути в отель. Холода я тогда не чувствовал: присел на лавочку, и вдруг рядом возник Бад. Он напевал какую-то древнюю мелодию, которой я не узнал, – и это в без четверти полночь. Он заметил, что я выгляжу потерянным. Сначала я ничего ему не ответил, но он все продолжал говорить: о людях, которые проходят через его двери потерянными, а выходят оживленными. Что на самом деле отель «Старая мельница» был санаторием, и он своими глазами наблюдал его целебные свойства. Что было особенно смешно, потому что Бад оказался слеп на один глаз.

— Лучше бы тебе познакомить меня с этой Мией до того, как вернешься в Дублин.

— В Суррей, – поправил его я, покачав головой. – Я не ирландец, Бад.

Бад склонился надо мной и сцепил руки за спиной.

— Что ты сказал?

— Я. Не. Ирландец! – повторил я громко и медленно сквозь смех, а потом решил переключиться на ирландский акцент. – А, к чертьйам.

— Похоже, ты собираешься на пробежку. Мне так больше нравится. Хоть перестал походить на крысу в капюшоне. Не знаю, что сейчас за мода пошла. С чего это крысы вошли в тренд? – заметил Бад, оглядев мою одежду.

На мне были новые спортивные штаны, атлетические шорты и худи с шапкой.

— Собираешься вызволить девчонку из того дома?

— Таков план.

Вчера Мия наконец спустилась вниз, но осталась внутри. Лихорадка спала, но держалась она нерешительно. Все еще не готова.

— Я волнуюсь, – наконец признался я, посмотрев за спину Баду, на поворачивающиеся лопасти мельницы.

— А, женщины, они такие.

— Что ж, пожелай мне удачи.

— Удачи ирландцу? – глаза его засияли, и я запрокинул голову.

— Знаю. Слышал уже. Суррей. Англия, парень. Но удача – она для дураков с границами. А ты ведь мечтатель, а мечтатели достойны чего угодно, но не обычных вещей. Желай магии. Любовь – она ведь волшебная.

Я растянул губы в улыбке и громко закричал – так, чтобы меня услышали и Бад, и весь мир.

— Тогда пожелай мне той магии, о которой говоришь, и чтобы я ни дня не прожил без нее!

— Так-то, парень. А теперь вперед, за своей девчонкой!

Я улыбался всю дорогу по холмам Бушкилла. Я не привык к крутым горам и постоянно норовящим исчезнуть из вида краям обрывов, так что внутри улыбки моей таилось затаенное дыхание. Местный наверняка преодолел бы это расстояние минут за пятнадцать, а у меня ушло полчаса. Мне сигналили машины: я ехал медленно и осторожно и всегда пропускал их на развилке. Отец Мии жил в настоящей ловушке для водителя, но ничто не могло остановить меня от того, чтобы добраться до Мии. И к восьми я был уже там.

Постучав в дверь, я услышал, как Диана зовет Мию. Сжал сумку. Я не мог представить, что случится, если она мне откажет. Вместо этого я настроился оптимистично. Подумал о магии.

Дверь открылась. Я поднял голову.

— Привет, – прошептала Мия.

И я опьянел от одного этого слова. Никакой упаковке пива или бутылке виски не удалось бы сделать того же.

— Привет.

— Что это у тебя? – Мия посмотрела на сумку в моих руках, и ее пальцы сжались на краю дверного косяка, словно она сдерживалась, заставляла ноги оставаться на месте. Они будто приклеились к ламинату.