Книга Эш и Скай, страница 69 – Нин Горман, Матье Гибе

— И когда это случилось?

— Тебя приметили на вечеринке перед началом занятий, – говорит Джош. – Когда ты на глазах у всех подкатила к Эшу. Таких девушек часто выбирают.

— Таких – это каких?

— Отвязных, готовых пуститься во все тяжкие…

— То есть, когда ты флиртовал со мной в кино, я уже была твоей целью?

— А ты что думала? Что такому парню, как я, может понравиться билетерша?

Джош явно хочет меня задеть, но я вижу, что после такого грандиозного провала он отчаянно нуждается в пусть маленькой, но победе. Я не доставлю ему такого удовольствия.

— Знаешь, ты столько часов провел на тренировках… Лучше бы потратил их на то, чтобы не быть таким мудаком.

Мой снисходительный тон приводит его в ярость. Он вскидывает было руку, но очередной мяч впечатывается в дверь «мустанга», напоминая Джошу о том, как следует себя вести.

— Проваливай, – велит Эш. – Сейчас же. Скай, ты идешь?

Мы с Джошем расходимся в разные стороны. А Эш не может удержаться от последнего броска – прямиком Джошу в поясницу. Тот падает на колени, скуля от боли.

— Это ему за сломанную пушку. Не повезло бедняжке.

Джош кое-как встает, потирая место удара, забирается в «мустанг» и уезжает, светя одной фарой. Я провожаю его взглядом. Эш протягивает мне руку, привлекает к себе и обнимает. Я стараюсь не думать о случившемся – о том, что меня снова предали, о том, что я снова совершила ошибку. Неужели этот мир решил сбивать меня с ног всякий раз, когда я пытаюсь сделать шаг вперед?

— Он уехал.

— Знаю…

— Можешь плакать, я ничего не скажу.

А Эш потихоньку начинает меня понимать. Стоит ему произнести эти слова, как плотину внутри прорывает. Страх, гнев, отчаяние – вся гамма чувств выплескивается со слезами, которые смиренно впитывает футболка Эша, словно это его обязанность – взять на себя груз моих печалей. Он обнимает меня чуть крепче и утыкается лбом в макушку. И я впервые за долгое время чувствую себя в безопасности.

Я предложил Скай подбросить ее до общежития – я бы никогда не позволил ей в таком состоянии дожидаться автобуса или ехать на такси.

Всю обратную дорогу она молчит. Сидит, прижавшись головой к стеклу, и смотрит куда-то в ночь. Фонари отражаются в ее заплаканных глазах, и хорошо, что мне нужно вести машину, потому что иначе я бы не выдержал и снова обнял ее. Мысли Скай где-то далеко. Мне знакомо это чувство, когда хочешь оказаться где угодно, только не здесь. Я не спешу начинать разговор, чтобы отвлечь ее от мрачных размышлений. Она должна посмотреть им в лицо, так что лучше я тоже помолчу.

Когда мы останавливаемся у общаги, я не спешу глушить мотор. Скай медленно поворачивается ко мне.

— Эш?

— Мм-м?

— Не хочешь подняться? Вероника сегодня ночует не дома, и… не знаю, я не хочу оставаться одна. Буду рада, если мы с тобой… ну, поболтаем…

— За чашкой кофе?

— Да.

Я догадываюсь, что у нее в голове вертится тысяча вопросов и всю дорогу она думала, стоит ли их задавать. Что ж, она сделала выбор – и кто я такой, чтобы скрывать от нее правду? Паркую машину и тихо иду за ней по коридорам: теоретически, мне запрещено здесь находиться. Мы заходим в их с Вероникой комнату: места тут немного, две кровати стоят друг напротив друга, каждая – центр маленькой вселенной. На стороне Вероники – постеры, фотографии с каникул и вечеринок. На стороне Скай более уютно: маленькая картина, полка с учебниками, одеяло в цветочек. Как она и говорила, мы одни. Пока я осматривался, Скай успела приготовить кофе, и теперь она протягивает мне чашку, не сводя с меня взгляда своих огромных глаз – сегодня они скорее серые, чем голубые.