Книга После брака. Любовь со сроком давности., страница 50 – Анна Грин

— Знаешь, я вот вообще… – Свят глубоко вздохнул, взмахнул рукой и я поняла, что он сейчас ударит наотмашь. – Я вот вообще, мам, не удивляюсь, почему папа от тебя гулял!

Глава 25.

Я покачала головой и вздохнула.

— Ну вот и я уже не удивляюсь, почему отец от меня гулял. Потому что, что ты, что папа – маменькины сынки, которым надо для чувства собственной значимости постоянно кого-то тиранить. Ничего удивительного.

Свят зарычал и резко отшатнувшись в сторону двери, пошёл в коридор. Я осталась стоять, как оплёванная.

Это было больно, когда тебе ребёнок говорит о том, что “ я папу понимаю, почему он тебе изменил”.

Это больно, потому, что я же ничего плохого не сделала. Я не была жёсткой матерью. Я не ставила Свята в угол, не лупила его ремнём. Я ничего плохого ему не сделала. Я старалась максимально дать ему хорошую жизнь, хорошее будущее. А теперь вот оно, жизнь, хорошее будущее оборачивается так, что мне моим же воспитанием, моей же любовью да по морде.

Когда дверь захлопнулась, тихонько из коридора выглянула Рита. Покачала головой.

— Мам, все неправда. – Честно произнесла она, подбегая ко мне.

Конечно, бегать ей сейчас было тяжело. Поэтому она просто перебирала быстро ногами по полу, не поднимая ступни. Можно сказать, шаркала.

— Мам, все не так. Не так. Я…Я не знаю, почему папа от тебя загулял, мам. Я думаю , что он не прав. – Рита шмыгнула носом и ткнулась мне лбом в плечо. – Он точно, мам, не прав. Я в этом уверена. Я тебе правду говорю. И Свят это сгоряча ляпнул, потому, что ты самая хорошая. Мам, помнишь, как ты со мной учила танец снежинок, который я все никак не могла выучить? Или помнишь, как ты мне помогала выбирать платье на выпускной? А на свадьбу, мам?

У Риты дрожал голос. Она пыталась заверить меня в том, что я хорошая и Свят не прав в этой ситуации. Только у меня терновыми ветвями разрасталось по груди отчаяние. А потом оно обвив сердце, стало его сдавливать сильнее, сильнее, сильнее. Я понимала , что эта эластичная повязка на ребра давит.

— Как там Женя? –Тихо спросила я, проводя ладонью дочери по волосам.

— Нормально. Попросил включить мультики. Сидит, глазеет. Сказал , что к папе не поедет, потому что мама не дома.

Я тяжело вздохнула. Мне предстояло ещё очень многое, что нужно было провернуть. Хотя бы завтра съездить к нормальному неврологу.

— Ложитесь спать…

До полуночи сообщения от Валеры сыпались, но я их игнорировала. Я понимала, что он там пытается мне сказать и чем попробует манипулировать.

Рано утром я ощутила , что дышать практически невозможно. Боль между рёбер стала такая невыносимая, что я трясущимися руками попыталась вколоть себе обезболивающее. Дважды промахнулась. Просто не могла набраться смелости вколоть укол в ягодицу.

И тогда в ванну заглянула сонная Рита.

— Ты чего? Давай помогу.

Она умела делать уколы. Я её научила ещё лет в шестнадцать , просто потому, что в нашей жизни без этого, мне кажется, невозможно выжить.

Я повернулась к ней спиной, упёрла ладони в раковину.

— Господи, как больно. – Тихо выдохнула я сквозь зубы.

— Сейчас, сейчас. Мам, подожди.

Рита быстро всадила мне укол и от обезболивающего еще парализовало и ягодицу целиком.

— Блин, в нерв попала? Да? – Выдохнула дочка, но я замотала головой.