Книга Искушаемая дьяволом, страница 22 – Мишель Хёрд

Я делаю глубокий вдох:

— И?..

— Вито ее отшвырнул, но она жива.

В моей груди вспыхивает гнев, и я поднимаюсь на ноги.

— Куда ты собрался? – спрашивает Дарио.

— Хочу убедиться, что с ней ничего не случилось.

Я взглядом пригвождаю Дамиано к месту.

— Пусть Вито подождет меня здесь. Я займусь им, когда вернусь.

— Я пойду с тобой, – бормочет Дамиано, поднимаясь на ноги.

— Мы тоже такое не пропустим, – заявляет Дарио, и Франко, Ренцо и Дарио тоже встают с места.

Это происшествие не испортит моих отношений с Дамиано, но я не могу гарантировать, что Вито доживет до утра.

Когда мы выходим из комнаты, Дамиано приказывает Карло:

— Когда Вито придет, скажи, чтобы подождал нас здесь.

— Хорошо, босс.

Мы выходим из дома, и, увидев, что машина Дарио припаркована за нашей, я говорю:

— Дарио, ты за рулем.

Я сажусь рядом с водителем, а Дамиано, Франко и Ренцо забираются на заднее сиденье «Гелендвагена».

Дарио заводит двигатель, и я диктую адрес. Внезапно из динамиков начинает громыхать опера, и я вопросительно смотрю на Дарио, пытаясь понять, что это за фигня.

Дарио убавляет громкость до приемлемого уровня, а затем объясняет:

— Ну я оторвался по пути сюда.

— Под оперу? – уточняет Ренцо. – Ты охренеть какой странный.

— Спасибо, – шутливо благодарит Дарио.

— Это был не комплимент, – бормочу я.

Через пятнадцать минут Дарио останавливается перед домой Виттории, но я даже не жду, когда он выключит двигатель. Я вылезаю из машины и на полпути к входной двери слышу у себя за спиной шаги моих друзей.

Я колочу в дверь кулаком, и через несколько секунд слышу голос Виттории:

— Кто там?

— Анджело.

Виттория бормочет что-то, чего я не могу разобрать, потом открывает дверь. При виде нашей пятерки Виттория вскрикивает и пытается захлопнуть дверь.

Я быстро вставляю ногу в дверной проем и распахиваю дверь.

Виттория пятится назад, черты ее лица напряжены от тревоги.

— О господи! Я не знаю, что натворил Джорджио. Я не имею к этому никакого отношения, – сбивчиво произносит она. – Его здесь нет.

Я хватаю ее за плечо и осматриваю – на руках и на ногах у нее синяки.

— Анджело, это старые, – произносит Дамиано, тоже заметив синяки.

Когда мы все заходим в дом, Виттория пятится от нас и при этом хромает.

— Почему ты, черт побери, хромаешь?! – рявкаю я.

— Я наступила на осколок стекла, – всхлипывает Виттория, глаза ее наполнены ужасом и блестят от слез.

Не раздумывая, действуя инстинктивно, я подхожу к Виттории и, подхватив ее на руки, словно невесту, несу к кухонному столу, который виден из прихожей.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами и издает жалобный писк. Я чувствую, как сильно она дрожит, и когда я сажаю ее на стол, она хватается за мои руки, чтобы не потерять равновесие.

Я наполовину сгибаюсь над ней, ставлю руки по бокам от нее и смотрю ей прямо в глаза.

— Что произошло, когда сегодня сюда приходил Вито и его люди? – спрашиваю я голосом, извергающим пламя и пепел.

Слезы текут у Виттории по щекам, подбородок у нее дрожит. Я оторопело уставился на нее, как идиот, – никогда в жизни я не видел более очаровательного лица, чем то, которое находится сейчас передо мной.

Черт! Она чертовски хорошенькая, когда плачет.

Что-то в груди у меня смещается, я не раздумывая отодвигаю ноги Виттории, придвигаюсь ближе и, обняв ее, прижимаю ее голову к своей груди.