Онлайн книга «Потерянный для любви»
|
— Я знаю, отец, и это знание принесло мне много горя. Всем своим счастьем я обязана обману. Я чувствую, что мы расставили для Уолтера ловушку и что я была подлейшей из женщин, выйдя за него замуж. — Ты не смогла бы выйти за него замуж, если бы он об этом не попросил, а он не женился бы на тебе, если бы не любил тебя больше, чем кого-либо еще, – возразил Джаред со все возрастающим презрением. – Но ты могла бы испытывать благодарность к человеку, который спас твоего любимого от связи с другой женщиной и свел вас вместе одним удачным ходом. Если бы я был сонной мухой и упустил блестящую возможность, не звалась бы ты сейчас миссис Уолтер Лейборн. Растроганная этим упреком, Лу обняла и поцеловала отца так же нежно, как при встрече. — Дорогой отец, не считай меня неблагодарной, – сказала она, – я знаю, что ты все это сделал ради меня. Только… — Только тебе стыдно вспомнить, что всей своей удачей ты обязана помощи старика отца. Ничего страшного, Лу, так устроен мир. Когда человек поднялся по лестнице, первое, что он делает, это сбивает ее ногой. Я не обижаюсь и не удивляюсь. Джаред еще пару минут сохранял оскорбленный вид, и Лу с трудом удалось вернуть его в более приятное расположение духа. Но он не мог долго противиться льстивым уговорам дочери, превратившейся в такую даму. Ее манеры и грация были для него совсем новыми. Ее голос, всегда глубокий и полный, приобрел мягкую сладость, которая трогала его, как музыка. Бродячая жизнь, которую она вела с мужем-художником, знакомство со всем самым прекрасным и великим в природе, изучение всего самого чистого и благородного в искусстве оказались более совершенным образовательным процессом, чем любая формальная школа, когда-либо придуманная смертным учителем, и Лу не упустила свой шанс на развитие. Грубая натура Джареда поддалась новому влиянию. Тем вечером при прощании Лу сунула свой кошелек отцу в руку. — Это просто немного моих карманных денег, отец, – сказала она, – но, полагаю, они могут оказаться полезными. — Дорогая моя, это правда, – откровенно ответил Джаред. — А если со временем я смогу убедить Уолтера осесть в Англии, заняться делом и сделать себе имя – а я уверена, что он на это способен, – то смогу навещать тебя очень часто, отец, – нежно сказала Лу. – Ты бы хотел, чтобы я приезжала, правда? — Хотел бы я? А кого еще мне любить в этом мире, кем гордиться, Лу? И между прочим, я всегда тобой гордился, моя девочка, хотя и подумать не мог, что ты вырастешь такой красоткой! — И Уолтер, наверное, мог бы помочь тебе в профессиональном плане, – продолжила Лу, покраснев от отеческой похвалы. – Порекомендовать тебя тем, кому нужно отреставрировать картины или подд… подлатать скрипки, – закончила Лу, чуть споткнувшись на сомнительном слове. — Может, так и будет, дорогая, если он пожелает приложить столько усилий, – довольно сухо ответил Джаред. И вот отец с дочерью расстались за пару дней до того, как мистер и миссис Лейборн покинули Лондон и отправились в приятное и неторопливое путешествие, которое в итоге привело их к ирландским озерам. Именно воспоминание об этой беседе с дочерью внушило Джареду тоску по жизни, несколько более приличного рода, чем свободное фрагментарное существование, которое он вел последние пару лет. Он не тосковал об истинной респектабельности: дни и ночи, выверенные по часам; приемы пищи в установленное время; дом на десять комнат в пригороде; клумба с геранью в саду четырнадцать на двенадцать футов и горничная в белом фартуке, – это его не привлекало. Тем не менее Джареду пришло в голову, что ему по силам лучшая жизнь, чем наклонная дорожка, по которой он шел с такими спутниками, как Джозеф Джобери и его приятели. Мало того: в последнее время стали появляться отдельные проблески мужественности и независимости, вызванные из каких-то скрытых глубин его натуры. Пятифунтовая купюра, полученная от торговца скрипками мистера Агасфера за его собственный терпеливый труд, оказалась для него слаще, чем деньги за молчание от доктора Олливанта или даже щедрость Уолтера Лейборна, на чей кошелек тесть имел некоторые права. |