Онлайн книга «Потерянный для любви»
|
«Это его подарок, – задыхалась она, – и я люблю это платье ради него, а еще ненавижу те уродливые, мерзкие вещи, которые она мне покупает. Словно я какое-то жалкое создание, которое свернуло не туда и должно здесь исправиться. Я чувствую, что выделяюсь среди остальных даже одеждой, как будто нужно подчеркнуть эту разницу, хотя они и так отличаются от меня всем тем, что имеют. У них есть отцы, матери, дяди, тети, кузены и друзья, и все они приходят их навестить, отправляют им посылки, пишут письма, пока я стою в стороне: у меня никого нет, даже бедной старой бабушки. После мисс Томпион я была бы так рада услышать ее ворчание! Но начало учебы показалось Луизе Гернер утомительнее всего. Ей нужно было вызубрить всего по чуть-чуть: немного географии и арифметики, английской и французской грамматики – и прочесть со своими одноклассницами какую-то околесицу по английской истории. Жидкая каша, подходящая для малышей лет восьми-девяти, считалась годной и для нее, поскольку она тоже была новенькой. Ей было не за что уцепиться в ходе учебы. Голые факты о гептархии[92] и Вильгельме Завоевателе, ранняя история Рима от младенчества и юношеских ссор Ромула и Рема до эпохи Цезарей – что из этого могло очаровать Лу, которая знакомилась с английской и классической историей на живых страницах Шекспира, дышала теплым воздухом Египта с Антонием и Клеопатрой и следовала за могущественной королевой Маргаритой[93] от ее юношеской гордыни до часа крушения, потерь и изгнания? Устав от бессмысленности ежедневных трудов, которые она выполняла с честным и искренним старанием ради того, кто поместил ее в эту семинарию, Лу рискнула попросить у мисс Томпион пару книг на вечер. — С удовольствием, дорогая мисс Гернер, – любезно ответила директриса, – если вы добросовестно завершили учебу и подготовились к завтрашнему дню. — Я выучила все уроки, закончила упражнения и думаю, что могу делать гораздо больше, если вы позволите, мисс Томпион. Я чувствую себя так неуместно среди этих маленьких девочек – такой большой и неуклюжей в младшем классе, – и они смеются надо мной. Уверена, что могла бы выучить в три раза больше; не чувствую, что я хоть немного продвинулась. — Печально наблюдать признаки недовольства духа, мисс Гернер, – строго сказала мисс Томпион. – Вас поместили в младший четвертый класс по моему распоряжению, чтобы вы росли постепенно и не перенапрягали свои возможности с самого начала. Не забывайте, что почти во всем вы так же невежественны, как те крошки, на чье ребяческое веселье жалуетесь. Я хочу для вас основательной подготовки, чтобы вы начали с основ, а не приобрели всего лишь поверхностный лак образования, который сойдет так же быстро, как будет нанесен. При упоминании лака Лу покраснела, вспомнив картины отца. — Если вам в классе настолько неуютно, можете поставить себе плетеный стул у края скамьи, – сказала мисс Томпион. – Я готова пойти на эту уступку вашим чувствам. — Благодарю, мэм. На стуле я буду чувствовать себя менее нелепо. — А какую книгу вы бы хотели? – спросила мисс Томпион, взглянув на несколько полок позади ее кресла, заставленных аккуратными томами; ученицам разрешалось брать их почитать. — Что-нибудь из поэзии, мэм. Можно мне томик Шекспира? — Шекспира? – в ужасе воскликнула мисс Томпион. – Вы полагаете, что я дала бы в руки такую книгу хоть кому-то из учеников этого заведения? Шекспир! Вы ужасаете меня, мисс Гернер. Я полагаю, существует адаптированное издание для домашнего использования, выпущенное уважаемой фирмой «Чэмберс», но пока из сюжетов многих пьес не вычеркнут непристойности, ни одно издание Шекспира не попадет ни в одну домашнюю библиотеку, которые я бдительно охраняю. Я сама выберу для вас книгу, мисс Гернер. |