Прислонившись головой к стене, я почувствовала что-то колючее. На затылке сбоку все еще торчала искусственная роза. Цветок плохо держался на коротких волосах, и его пришлось закрепить целой кучей заколок, которые впивались в кожу при резких поворотах головы. Вскрикнув от злости, я сорвала розу, швырнула ее на пол и начала топтать – раз, два, три! Жаль, что коньков на мне нет! А то изрезала бы проклятый цветок на мелкие кусочки…
— Что вы делаете? – раздался вдруг хрипловатый женский голос. Голос с русским акцентом.
Вероника Волкова удивленно посмотрела на раздавленный цветок.
— Ну, продолжайте, – сказала она. – Не буду вам мешать.
С Волковой я никогда раньше не разговаривала и видела ее только издали. Вблизи она оказалась другой: в холодных голубых глазах мелькал озорной огонек. Но эта женщина все равно меня пугала.
Она была в своей знаменитой шубе. Любая другая в таком одеянии выглядела бы избалованной кокеткой. Вероника же носила соболиные меха как собственноручно добытый охотничий трофей.
— Ну а когда закончите, прошу на пресс-конференцию. Елена с Дмитрием, разумеется, остались на первом месте.
— Спасибо за новости, – буркнула я, стараясь проскользнуть мимо.
Вероника стояла у меня на дороге, не двигаясь.
— Но к вам и вашему партнеру, я уверена, будет куча вопросов. Это же французы, – усмехнулась она. – Им только секс подавай.
Я посмотрела на нее с бесстрашием кролика, заглядывающего в пасть волку.
— Вы думаете, мы нарочно пытаемся привлечь внимание?
Вероника махнула рукой. Ее ногти были накрашены лаком телесного цвета и заточены остро, как коготки.
— Сказки будете рассказывать своим поклонникам. А я знаю, как работает Шейла.
— Что вы имеете в виду?
— У Шейлы Лин есть телефонные номера фотографов по всему миру, от Голливуда до Гонконга. – Вероника наклонилась ближе, и от нее пахнуло цветочным ароматом духов с пряными зимними нотками. – И они всегда отвечают на ее звонки.
Она пытается взвинтить меня, мысленно фыркнула я. Настраивает против Шейлы… Которая, кстати, даже не приехала на соревнования. Да еще и навязала нам эти скучные, неинтересные программы… И как, по ее мнению, мы должны игнорировать репортеров, если они не отстают от нас ни на шаг? Всегда знают, где нас найти, сколько бы мы ни меняли свое расписание!
— Не смотрите на меня так удивленно, Катарина Шоу. – Вероника провела ногтем по меховому воротнику. – Правила игры вам и самой наверняка прекрасно известны.
Я всегда думала, что знаю правила. Но мне и в голову не приходило, что Шейла ведет свою игру.
— Волноваться нужно будет тогда, – добавила Вероника, – когда журналисты перестанут бегать за вами с камерами и расспрашивать про личную жизнь.
И она направилась вдоль по коридору, покачивая бедрами так, будто ей вслед смотрит целая толпа воздыхателей. Проходя мимо Хита, который шел навстречу, Вероника одарила его улыбкой. Мой партнер испуганно отшатнулся.
— Что происходит? – Он взглянул на раздавленную розу, а затем туда, где за углом скрылась Волкова. – Почему вы с ней…
— Ты мне доверяешь?
— Конечно, – ответил Хит, хотя вопрос явно застал его врасплох.
— Вот и хорошо. – Улыбнувшись, я взяла его за руку. – Значит, мы еще можем победить.
* * *
Вероника Волкова. Я не знаю, что с ними произошло.
Эллис Дин. Их точно подменили в произвольной программе.
2006 год. Париж. Турнир серии Гран-при. Объявляют выступление Катарины Шоу и Хита Рочи. Они выходят на лед, держась за руки и не отрывая глаз друг от друга.
Кирк Локвуд. Музыка еще не началась, а искры уже летели.
Пара стоит в исходном положении. Катарина, сложив руки над головой в балетной позе, смотрит вверх. Хит застыл, протянув к ней руку в манящем жесте. Партнеры, хоть и стоят по отдельности, кажутся неразделимыми, будто их связывает невидимая нить. Звучит музыка: Моцарт, Серенада № 10 си-бемоль мажор, пятая часть.
Кирк Локвуд. Я удивился, когда узнал, что они исполняют классический танец. Я тогда еще подумал, что программа, наверное, изначально предназначалась для Кэт и Гаррета.
Франческа Гаскелл. Они ни разу еще не показывали эту программу на соревнованиях. На тренировках отрабатывали – да, я и сама пару раз видела. Но уверяю, что ничего подобного в ней тогда не было.
Отрывки из произвольного танца Катарины и Хита. Партнеры исполняют хореографию по всем правилам, но в каждом их движении, даже в классических балетных па, сквозит откровенная чувственность. Находясь близко, они едва сдерживаются, чтобы не поцеловаться. А разъехавшись в стороны, снова спешат в объятия друг друга. Взгляды, жесты, шаги – все в их танце проникнуто страстью и вожделением.
Джейн Каррер. Да, в спортивных танцах на льду есть элемент чувственности. Фигуристы нередко выступают с программами, которые воспевают любовь между мужчиной и женщиной. Но то, что вытворяли на льду Катарина Шоу и Хит Роча, было на грани вульгарности. Смотришь на них и представляешь…
Журналист. Что?
Джейн Каррер. Ну… сами знаете.
Отрывок из беседы с Ли Шоу (на этот раз интервью проходит в ярко освещенной телестудии).
«Захлопни пасть, придурок! – делано возмущается Ли в ответ на заданный вопрос. – Совсем спятил, про такие вещи спрашивать… Она мне сестра все-таки!»
Эллис Дин. Ну просто не танец, а постельная сцена. Нет, так опошлить Моцарта могут только Шоу и Роча.
Гаррет Лин. Они не нарочно… Просто увлеклись, да и все.
Эллис Дин. Да, Хит, может быть, и увлекся. Но не Кэт! Та играла на публику. И своей цели добилась.
Катарина и Хит завершают программу. Их финальная позиция в центре льда напоминает исходную, но теперь партнеры стоят, обнявшись. Толпа восхищенно гудит. Пара будто не замечает восторга зрителей: Катарина совершает несколько оборотов в руках Хита, а затем целует его в губы. Зал взрывается.
Джейн Каррер. Такое зрелище придется по душе разве только французской публике.
Кирк Локвуд. Весь танец был построен на сексуальном влечении. Но исполнение было мастерским: точные элементы, идеальная слаженность, чистые ребра. Единственный недочет – комбинированная поддержка заняла больше двенадцати секунд. Пришлось судьям за это баллы снять.
На экране в замедленном темпе показывают комбинированную поддержку. Взлетев наверх, Катарина легко садится на плечо Хита, а затем скользит вниз. Хит заключает ее в объятия, и они кружатся по льду. Катарина приподнимает ноги и держит их на весу – ее тело выгибается в изящную дугу.
Кирк Локвуд. Да и на ошибку-то не похоже. Такое чувство, будто им просто расставаться не хотелось.
Катарина с Хитом ждут результатов. Когда объявляют оценки, они обнимаются с еще большей страстью и совсем не смотрят на камеры.
«В „уголке слез и поцелуев“ одни только поцелуи! – возглашает из комментаторской кабины Кирк Локвуд. – Посмотрим еще, что нам покажут французы и россияне, но такие оценки превзойти нелегко. Теперь можно с уверенностью сказать, что Катарина Шоу и Хит Роча вернулись на лед!»
