Книга Зимнее солнце, страница 257 – Бейза Аксой

— Найди эту пулю! – рявкнул Ахмет. – Черт возьми, он же сейчас умрет!

Несмотря на кипящую во мне ярость, я была не способна лишить человека жизни. И если бы я все же решилась на убийство в этой комнате, то жертвой стал бы не Серген. Единственным, кого я действительно желала уничтожить, был Ахмет. Я желала, чтобы именно он оказался на месте раненого, беспомощный и полностью зависящий от моей воли. Ухватив пулю пальцами, я извлекла ее и бросила на стол. Куском стерильной марли я аккуратно закрыла всю рану.

— Держите крепко, – сказала я, наблюдая, как на глазах Сергена выступают слезы. Он был в полубессознательном состоянии.

— Что дальше? – спросил Ахмет, когда один из мужчин прижал марлю к ране.

— Прижигание.

— Что ты несешь?! – выпалил Ахмет, его голос дрожал от гнева и недоверия. – Он не умер от пули, но умрет от боли!

— Не волнуйся, эта процедура не представляет угрозы. Он может потерять сознание, но ненадолго, – сказала я, выпрямляясь и глядя на холодный камин. Когда по приказу Ахмета один из его людей направился к выходу, мне представилась возможность мельком увидеть то, что находилось за стенами дома: мрачный лес, простирающийся до самого горизонта, и горы, возвышающиеся на заднем плане. Светящиеся огни города были едва различимы, словно далекие звезды. Не прошло и нескольких минут, как мужчина принес охапку дров и разжег камин. Вооружившись железным прутом с плоским концом, я поместила его в пылающее пламя, удерживая за край через толстую ткань, которая пропиталась кровью с моих перчаток. Когда я наконец отошла от камина, то увидела, как Серген невозмутимо смотрит на меня, идущую к нему с раскаленным прутом в руке.

— Женщина, способная на такие поступки, не должна работать в эскорте, – сказал Серген, поднимая мускулистую руку и вытирая пот со лба и шеи платком. – Не сбавляй темп в учебе. Я обеспечу тебе стипендию за то, что ты оказала мне помощь.

В душе я была ошарашена, но внешне оставалась спокойной. Посмотрев на Ахмета, я поняла, что он в ярости, поскольку видит, что ситуация стремительно выходит из-под контроля.

— Серген, тебе лучше уйти, как только она все сделает. Не вмешивайся в это. Это не твое дело, – резким тоном сказал Ахмет. Маска уважения слетела с его лица.

— Почему ты все время отвечаешь за нее? – спросил Серген, пристально глядя на Ахмета, несмотря на боль, пронзавшую его тело. – Не вмешивайся, Ахмет. Я разговариваю с ней.

Я знала, что Ахмет скорее умрет, чем позволит Сергену увезти меня, даже если бы он этого захотел. Осознавая, что после ухода Сергена я снова окажусь в опасности, я решила действовать с умом и заявила:

— Господин Ахмет прав, это не ваше дело.

Затем я жестом попросила мужчину, который держал марлю, отойти в сторону. Не тратя ни секунды, я прижала железный прут к ране. Серген мгновенно засунул край сложенной рубашки себе в рот, стремясь заглушить рвущийся наружу крик. Его лицо исказилось от страданий, а в глазах читался невыразимый ужас. Потоки пота струились по его лицу, смешиваясь со слезами, которые катились по его щекам.

К тому моменту, как все закончилось, Серген потерял сознание.

— Уложите его на диван, и пусть идет, когда очнется, – сказал Ахмет, обращаясь к мужчинам, которые все это время удерживали Сергена. Затем он повернулся к другому мужчине, стоявшему рядом с ним. – А ты скажи мамочке увезти отсюда девчонку, пока он без сознания. Иначе у нас будут серьезные проблемы. Она на балконе.