Книга Зимнее солнце, страница 187 – Бейза Аксой

— Тебе не нужно извиняться, я хорошо знаю, какая она, – сказал Кунт, закуривая очередную сигарету. Сжимая зажигалку «Зиппо» в руке, он вертел ее над столом.

— Успокойся, дружище, – сказал Эфес.

— Кунт прав, я вела себя непристойно… О боже, как я могла сказать такое… – На мгновение ее взгляд встретился с моим, но она тут же отвернулась. Упершись в подлокотник стула, Мелисса откинулась назад и закрыла глаза ладонью. – Я не вынесу этого позора. Убейте меня, я вас умоляю, – простонала она, протягивая к Эфесу руки. – Режь на обеих!

— Заткнись уже, хватит! Просто сядь и подумай о том, насколько отвратительно ты себя ведешь.

— Но брат!

— Что брат? – сказал Эфес, постучав по голове Мелиссы.

— Зачем ты стучишь мне по голове?

— Может, хоть чуть-чуть поумнеешь!

Пока они спорили, я вспоминала о наших с братом отношениях в школьные годы. Они были похожи на отношения Эфеса и Мелиссы. А разговоры о том, что Берен не нужна Кунту, пробуждали во мне воспоминания, связанные со школьными друзьями. Может быть, жизненный путь человека имеет цикличный характер и определенные события повторяются с интервалом в десять лет? Если мне предстоит снова столкнуться с теми же проблемами в дружбе и любви, я не уверена, что смогу найти в себе силы преодолеть их.

После того как Мелисса снова попросила прощения и отправилась на учебу, мы с Эфесом и Кунтом пошли к машине. По дороге Эфес сказал, что позже должным образом расскажет Мелиссе о помолвке и попросит ее хранить это в секрете. Мелисса была не из тех, кого можно было бы просто вычеркнуть из игры. Она может рассказать о помолвке семье Кунта, и когда его бабушка, которая сейчас в коме, очнется, несомненно, возникнет много вопросов… Действительно, что Кунт будет делать, когда бабушка придет в себя? Мне нужно будет отдать кольцо Берен, чтобы они могли продолжить свое представление? Неужели ему не надоело играть в жениха и невесту с девушками, которых он не любит? Семья Кунта. Его отец застрелил его мать. Какие страдания и боль довелось пережить этому человеку?

Рядом с внедорожником на парковке стоял роскошный автомобиль, на котором приехал Кунт. Полат стоял, прислонившись к машине, и курил, но, заметив нас, поспешно бросил сигарету, затушил ее ногой, выпрямился и направил свой взгляд вниз.

— Что за сумки сзади? – спросил Кунт, посмотрев на заднее сиденье внедорожника.

— Вещи, которые госпожа Караджа взяла из своего дома.

— Что за квартира? – спросил Кунт, бросив на меня вопросительный взгляд, после чего снова повернулся к Полату. – Как там?

— Пятый этаж старого восьмиэтажного дома, квартира номер тринадцать. Дверь неисправна. Замок можно вскрыть проволокой, висящей на счетчике воды в подъезде, за тридцать секунд. Окна гостиной выходят во двор, а окна кухни и остальных комнат – на главную улицу. Любой, кто заберется на навес магазина, расположенного на первом этаже дома, может без труда проникнуть в квартиру, перепрыгивая с балкона на балкон.

— Какие ужасы ты рассказываешь, – сказала я, вмешиваясь в их разговор. – Ты даже не заходил в квартиру. Ты стоял возле двери.

— Да, не заходил. Но я заглянул внутрь, когда вы открывали дверь. После чего я представил план здания и обошел его по периметру, – сказал Полат своим обычным холодным голосом, не отрывая глаз от асфальта. Он никогда не смотрел мне в глаза, если это не имело отношения к моей безопасности.