Книга Разбейся и сияй, страница 19 – Сара Штанкевиц

— Извини, отвлеклась.

— Мне тут идея пришла… А что, если он на самом деле все слышит и выслеживает тебя? Не хочу нагонять страху, но, когда парень ходит на занятия и при этом не намерен чему-то учиться, это реально жутко. Я бы не удивилась, такое случается довольно часто. А тебя легко вычислит в интернете даже ребенок. Достаточно ввести твою фамилию и город, чтобы наткнуться на веб-сайт.

— По-моему, за этим кроется что-то еще. С другой стороны, мне-то что, правильно? Если он готов платить деньги за уроки, которые ему ничего не дают…

— По идее, тебе действительно плевать, но ты ведь Хейзел Паркер. А Хейзел Паркер всегда слишком много думает и беспокоится, – говорит Скай с теплотой в голосе. Я знаю, что она любит меня за чуткость – как и я ее. – Скажи хотя бы, парень-то годный?

Слюна вдруг попадает не в то горло, и я начинаю кашлять. Бог свидетель, такие разговоры случались у нас и раньше, особенно после разрыва с Мейсоном и до его гибели, однако мое тело никогда так бурно не реагировало. Пульс учащается, я судорожно пытаюсь не воображать незнакомца обнаженным. Поздно. Накрываю лицо подушкой и беззвучно ору в нее.

— Что, уже? – глухо бормочу я.

— Тогда тебе нужен план.

Даже не видя Скай, я уверена, что она преисполнилась жажды деятельности. Она не меньше моего любит строить планы.

— Я должна сосредоточиться на уроках. У меня нет времени на секретные операции, Скай.

Я поворачиваю голову и смотрю на свое усталое лицо в зеркале, висящем на стене рядом с дверью. Комната такая крохотная, что, немного наклонившись, можно открыть дверь, не вставая с кровати. Я смотрю на свое отражение, и взгляд машинально опускается на коробку с письмами Мейсона. Меня тянет достать ее и провести остаток дня, терзая свое сердце. С трудом удается сдержаться. Маленькая победа – все равно победа.

— Тебе всего лишь надо пустить в ход свое секретное оружие.

— Что ты имеешь в виду? Надеюсь, не то, о чем я подумала?

Я со стоном переворачиваюсь на спину. Скай громко, от души смеется. На нее нельзя обижаться – иначе покажу, что опасения верны.

— Я не имею в виду твою грудь, Хейзел. Хотя она у тебя красивая.

— Кто тут что-то сказал о груди? – Слышу я голос Картера на заднем плане и закатываю глаза, представив ухмылку на физиономии парня Скай.

— Грудь Хейзел здесь ни при чем, я говорила о Джейми!

В трубке раздается шорох, секундой позже я слышу в телефоне голос Картера:

— Привет, Хейзел! Я совершенно не в курсе, какое отношение твой брат имеет к твоей груди, да и, честно говоря, не хочу знать. Надеюсь, ты к нам скоро приедешь в гости. Я постепенно теряю свои виртуозные навыки игры на гитаре.

Картер мне нравится, и я невольно улыбаюсь. Скай втюрилась в него по уши, еще когда нас поселили в одном номере общежития. Всякий раз при упоминании его имени или когда он звонил, в ее голубых глазах вспыхивали искорки, а на щеках проступал румянец. Однако в то время Картер находился в Европе, и дело продвигалось туго. Меня радует, что они остались вместе, несмотря на все препятствия. Эта пара служит живым примером, что любовь, если за нее бороться, все преодолеет.

— Я тоже соскучилась, – признаюсь я. – Когда появится свободное от учебы время, обязательно приеду.

— Классно! Можете вернуться к обсуждению своих грудей. Чао!