Книга Плохая фанатка, страница 37 – Тесса Бейли

А затем он убрал правую руку с перил.

Три фейерверка, четыре – сначала Уэллс не шевелился, но потом кончики его пальцев скользнули – всего раз – по вене у нее на запястье, и она вздрогнула. От легкого, но намеренного прикосновения закружилась голова, и Джозефина завалилась бы, если бы не Уэллс, который придерживал ее сзади, упираясь крепкой грудью в лопатки, а пахом практически прижимаясь к заднице.

Видел ли он мурашки, пробежавшие по ее шее? Говорил ли об этом низкий рокочущий вздох? Она не знала, но когда его большой палец впился в ее запястье, она чуть не растеклась лужей кипящего масла. В ушах зазвенело, и стало досадно, что она больше не может делать вид, будто Уэллс нравится ей исключительно объективно. Тело бунтовало при его приближении, не позволяя игнорировать весьма раздражающий факт. Большой палец скользил по ее запястью, и внутри все скручивалось узлом, молящим, чтобы его распутали. Если бы они были одни, она наверняка бы уже сдалась и шагнула назад, прижимаясь к нему всем телом.

Покачивая бедрами, соблазняя.

«А ну не смей. Ты сюда не за этим приехала».

Фейерверки достигли своего пика и грохотали каждую миллисекунду, и сколько бы она ни твердила сердцу успокоиться, пульс подстраивался под их бешеный ритм. Наверное, это запах магнолии одурманил их, а притяжение было всего лишь побочным эффектом. Она кожей чувствовала ночь, атмосферу, близость их тел и клятву, что повисла в воздухе. Она не лукавила и не врала. Его сердце так часто колотилось, что она ощущала этот ритм спиной – и это без слов давало понять, что ее обещание для него что-то да значит. Возможно, очень многое.

Она чуть склонила голову влево, оголяя шею. Сознательно ли, машинально? Она не знала. Но когда чувствительную кожу обдало горячим дыханием, мысли вылетели из головы, сменившись желанием ощутить прикосновение губ и зубов.

Грудь Уэллса поднялась на глубоком вдохе, затем еще раз, еще, и его рука легла ей на бедро, сжимая там, где никто бы не смог заметить, медленно притягивая ее назад, ближе и ближе…

Фейерверк прекратился так же внезапно, как начался. Толпа моментально схлынула, растеряв интерес, и волшебный момент сменился реальностью. Люди направились внутрь, взбудораженно болтая, и Уэллсу пришлось отступить.

Он уставился куда-то ей за спину, явно пытаясь перевести дыхание.

— Ладно, мы и так достаточно задержались. Пойдем.

— А… ага. Да, хорошо.

«Супер».

Уэллс дернул головой в сторону зала, предлагая ей идти первой. Учитывая напряжение, которое искрило между ними секунду назад – искрило же? ей ведь не показалось? – она слабо рассмеялась от его наглости, но тут же притихла, ведь он втянул воздух у ее плеча, когда она проходила мимо, и слегка провел локтем по изгибу ее талии.

Идти после этого стало сложнее.

Они вышли с террасы, прошли сквозь толпу зевак и молча поднялись на лифте – на этот раз пустом – на нужный этаж. Только там Уэллс нарушил молчание.

— Джозефина…

— Да?

Он уперся руками в бока и переступил с ноги на ногу, подбирая слова.

— Больше подобное не повторится.

Уэллс Уитакер. Не тот, кто будет стесняться в выражениях.

— Да. Конечно. Правильно, – машинально сказала она, упорно игнорируя разочарование. – Ну, ничего толком и не было.

— Больше ничего и не будет, – поправился он.