Книга Плохая фанатка, страница 104 – Тесса Бейли

Определившись, Джозефина впихнула сломанную дверь на место и пошла в спальню с намерением поискать для Уэллса футболку побольше. Лишь на секунду остановилась у двери в ванную:

— Ничего не нужно?

— Нужно, – моментально отозвался Уэллс.

Джозефина нахмурилась.

— Полотенца чистые, только сегодня поменяла.

— Ага, их нашел.

Дверь отворилась.

Мягкими клубами в коридор повалил пар.

Уэллс стоял на пороге, прислонившись плечом к косяку. Его прикрывало лишь полотенце, причем очень короткое: оно едва облегало его бедра, оставляя открытым довольно большой участок мускулистой ноги.

— Не полотенце, а салфетка какая-то, Белль.

— А, – прохрипела она. – Да?

— Ага. – Он уткнулся языком в щеку. – Так и норовит свалиться.

— А. – До ужаса приятное покалывание зародилось в груди и медленно потянулось вниз, останавливаясь в животе и между ног. – Правда?

— Увы. – Пока она зачарованно смотрела, он отстранился от косяка и хищным движением подступил ближе. – Слушай, Джозефина. Я знаю, ты хочешь, чтобы тебя воспринимали всерьез. На этом держится твоя мечта – и я это понимаю. Сам хочу, чтобы ты ее воплотила. Только… малышка, – он прижал ее к стене коридора, и она бы смутилась возбужденного звука, который сорвался с губ, только голова не соображала, – мы одни. Профессионализм можно проявить позже. – Он наклонился, коснулся губами основания шеи, обдавая теплом трепещущую кожу, и поцеловал. – Никто нас не видит, Джозефина. Сразу возникает вопрос: почему ты до сих пор в трусиках, согласись? – Он провел языком по уху, медленно и дразняще, а затем слегка прикусил. – Лично меня этот вопрос очень тревожит.

Их губы соприкоснулись, и какое-то время они просто стояли так. Дыхание сбивалось – у них обоих, словно они на пару бегали марафон. А потом он отступил, оставив ее дрожать у стены на ватных ногах. Кожа пылала, и тело горело желанием поцеловать его.

Повернувшись, он направился обратно в ванную, по пути сбросив полотенце и открыв задницу – и, господи, какой же это был шедевр! Жертва, которую принял бы даже самый скупой из богов.

Упругие, крепкие ягодицы с легким пушком волос. Лучшая задница гольфа – у нее дома. Полностью обнаженная. А когда он пошел в душ, повернувшись к ней членом – налившимся и тяжелым без прикосновений, – она не сдержалась. Слишком хотелось слиться с ним воедино, как тогда, в Техасе, – и поэтому она шагнула к нему, остановившись на пороге ванной. Правильно ли она поступала? Или становилась на скользкую дорожку… в прямом смысле этого слова?

Она и он.

Уэллс поманил ее пальцем

Потом опустил руку и провел ладонью по члену.

И тогда последние капли сомнений испарились, будто их не было вовсе.

Ну как, получилось у него сделать вид, будто сегодня жизнь вовсе не промелькнула перед глазами?

Он чертовски старался, но никак не мог оправиться от напугавших его мыслей. Честное слово: он пошел в ванную, твердо намереваясь уважать ее желания. Когда он чуть не поцеловал ее на диване, то вовремя напомнил себе, что она хочет не этого, и сдержался.

К сожалению, ванная комната Джозефины напоминала маленькую страну чудес, полную ее характера и ароматов. Сочетание изысканности и практичности. Веселое желтое мыло рядом с электрической зубной щеткой. Светящиеся в темноте звезды на потолке, ватные палочки и диски в стеклянных баночках. Но окончательно его уничтожил голубой полупрозрачный бюстгальтер, висевший среди полотенец.