Книга Плохая няня, страница 178 – Тесса Бейли

Утес оказался намного выше, чем Таллула предполагала.

Но она не испытывала страха.

Ничего уже не казалось ей страшным… разве что одна мысль: а вдруг она оттолкнула Берджеса раньше, чем поняла, верное ли это решение? Буквально минуту назад он помог ей слезть с квадроцикла с той же осторожностью, с какой уважающий себя пекарь нес бы свадебный торт к своему фургону, а что сейчас? Сейчас он стоял, глядя на лагуну, явно оценивая ее опасность, скрестив на груди свои мощные залитые солнцем руки. Его темные волосы с небольшой проседью развевались на ветру, а литая челюсть была напряжена.

Берджес был самым красивым мужчиной на свете. Точка.

Он всегда был для нее эталоном мужественности – и снова здравствуй, строгий папочка, – но в этот конкретный момент ее влечение к нему достигло точки, которая стала почти… невыносимой. Всю дорогу, пока они ехали к утесу, ей изо всех сил приходилось сдерживаться, чтобы не лизнуть его разогретую солнцем спину. Или не опустить руку ему на бедра, чтобы почувствовать под ладонью очертания его члена. Погладить его, пока он не станет твердым. И этот прилив желания был не только физическим. Она будто была… эмоционально возбуждена. Разве так вообще бывает?

Может, и бывает.

Нет, так все и было. Потому что, как только он отдалился от нее, отчаянная потребность снова почувствовать их связь накрыла ее, словно землетрясение магнитудой в десять баллов. Она впитывала его заботу, как жадная губка, потому что ей казалось… что больше такой возможности у нее не будет. Особенно после того, как она, возможно, слишком поторопилась оборвать их отношения.

Так что же мешало ей прямо сейчас повернуться к Берджесу и спросить: «Может, отмотаем все назад?» Вернемся к сегодняшнему утру, когда она выговорилась ему, испуганная и неуверенная. В панике от мысли, что она снова об него обожжется. Может, если бы она знала, что он так быстро решит оставить все позади, то промолчала бы… но держать эти чувства в себе тоже было неправильно. Правда ведь?

— Слушайте, народ, – сказал Аполло, – когда спуститесь, не забудьте осмотреться. Там много разных бережков и маленьких пляжей. А за водопадом даже есть пещера…

— Я снова спускаюсь первым, Таллула. – Берджес прикусил щеку изнутри. – Мне нужно самому оценить глубину лагуны, прежде чем ты спрыгнешь.

Оззи и Аполло синхронно развели руками.

— Мистер Эйбрахам, – сказал Аполло, – вы самый недоверчивый человек, которого я встречал в своей жизни.

— Пусть так. Но я не…

— Ты не рискуешь, когда дело касается ее. Мы уже поняли. – Оззи вздохнул и начал сбрасывать шлепанцы, бормоча что-то про сотни туристов, которые прыгают с этого места каждый день. – Я прыгну первым, чтобы ты увидел, насколько это безопасно.

Не дав Берджесу и Таллуле возразить, Оззи сделал несколько шагов назад, крикнул и прыгнул «солдатиком», оставаясь в воздухе одну, две, три секунды, прежде чем рухнуть в бирюзовую воду внизу. Таллула задержала дыхание, пока он не вынырнул, размахивая рукой – и, возможно, средним пальцем.

— И ты уверен, что мы не можем прыгнуть вместе? – обратился Берджес к Аполло.

— Нет. Вот это уже точно небезопасно.

Берджес кивнул, а на его щеке дернулась мышца.

— Ладно.

Он закрыл глаза. Замер на месте.

Прошло целых двадцать секунд.