Книга Сладкая месть под Рождество, страница 115 – Морган Элизабет

— Я… Я думала… Я думала, раз мы идем на встречу с твоими коллегами, ты захочешь, чтобы я выглядела более прилично.

— Это еще одно дерьмо, с которым тебя оставил твой бывший?

Я не отвечаю, но, наверное, молчание красноречивее любого ответа.

Молчу не потому, что он ошибается или мне неловко.

Я не отвечаю из-за чувства вины, которое поднималось во мне все больше и больше с каждым днем всю прошлую неделю.

Весь прошлый месяц, если быть до конца честной.

«Ты поступаешь плохо, – говорит мне внутренний голос. – Это уже не игра. Все зашло дальше. Гораздо дальше, чем ты планировала».

Но эта часть меня затихает, когда в разговор включается другая – обиженная и уязвленная. И та часть больше всего на свете хочет утереть Ричарду нос. Доказать, что я не просто девушка для развлечений.

Я хочу, чтобы Ричард увидел, что я достойная.

Но по прошествии двух месяцев, во время которых я сблизилась с Дэмиеном – мужчиной, про которого мне четыре года рассказывал Ричард, жаловался на него, подлизывался к нему, – я поняла, что и так всегда была достойна.

Недостойным был только Ричард.

Он никогда не заслуживал ни меня, ни любовь, которую я могла подарить ему, ни надежду на наше совместное будущее.

Никогда.

Но значит ли это, что мне нужно сдаться? И, более того, что вообще значит «сдаться»?

Признаться?

Расстаться с Дэмиеном?

Это ужасный выбор.

Теперь я могу думать лишь о том, что должна рассказать ему все. Прямо сейчас.

— Дэмиен, я…

— Идем, – говорит он, хватая меня за руку и сплетая наши пальцы так, что я ощущаю себя в полной безопасности.

Он ведет меня к моему платяному шкафу в углу, усаживает на кровать и просматривает мою одежду. На нем розовый галстук-бабочка. Светло-розового оттенка, который подчеркивает цвет его глаз чертовски хорошо, но все же он розовый. Не черный, не по-американски красный, не классический темно-синий, какой надел бы Ричард.

А розовый.

И я понимаю, что единственная причина, по которой мужчина вроде Дэмиена Мартинеса вообще посмотрит в сторону розового галстука-бабочки – он планирует идти на свидание с женщиной в розовом платье. Дэмиен надел этот галстук, чтобы он подходил к моему платью.

— Дэмиен, не обязательно…

— Вот это, – говорит он, со скрипом доставая вешалку. – Вот что ты наденешь сегодня. Оно идеально. Вот это твое.

Платье, которое он достал, действительно отражает меня.

Как только я увидела это непомерно дорогое платье, то стала откладывать деньги и купила его несколько месяцев назад специально для этой вечеринки. Я увидела его еще весной в подсобке на работе. К тому моменту его еще даже не вывесили в зале, а я уже знала, что мне оно нужно. Я хотела, чтобы я была именно в этом платье на фотографиях, где в знак удивления прикладываю одну руку ко рту, а Ричард держит меня за другую, стоя на одном колене, пока его коллеги смотрят на нас с искренней радостью.

Розовый цвет этого платья такой светлый и нежный, что напоминает искрящийся цвет шампанского в приглушенном свете. Одно плечо открыто, а на другом большой и объемный бант. Обтягивающее, длиной до колена, а сзади небольшой разрез.

Я поняла, что оно мне необходимо, как только увидела его.

Когда думала, что надеть, моя рука скользнула по нему, и меня обожгло чувство вины вместе с желанием выбрать именно его.