Книга Жестокое лето, страница 8 – Морган Элизабет

Если честно, как по мне, люди зря всем подряд шансы раздают, прямо как Опра раздает машины.

Эй, кому тут дать шанс? Тебе? И тебе тоже? Да пожалуйста! Я и второй могу дать, и третий!

Лично я хорошо поняла, что открываться людям – это подставляться под удар.

Так что новым знакомым приходится потрудиться, чтобы я дала им шанс.

Сначала я человека как следует проэкзаменую, чтобы понять, стоит ли тратить на него время и силы.

А вторых шансов не даю никогда.

Так уж я устроена.

Вот Эбби – она вся из себя розовая и необычная, все на нее пялятся и мечтают попасть в ее ореол.

Кэт моментально влюбляется, потом начинает скучать и уходит, ни разу не обернувшись.

А я устраиваю людям экзамены.

К несчастью, большая часть моих испытаний не выдерживает.

Вот уже десять лет я проверяю, правду ли говорят люди, утверждая, что я им нравлюсь (или, что еще менее вероятно, что они меня любят). И за все годы доказать мне, что не лгут, смогли только двое.

Эбигейл Келлер и Катрина Флорес.

Мои лучшие подружки, которые в это утро превратились в самых вреднейших стервоз.

Что ж, надо было предвидеть, что этим кончится. Если честно, я с самого декабря, когда хватила через край, ждала, что грянет буря.

Просто не думала, что это случится здесь и сегодня.

— Слушай, мы любим тебя, Ками. И нам больно видеть, как ты всех отталкиваешь. Ты потрясающая! И люди вправе об этом знать, – убеждает Эбби.

Кэт, понимая, что ей тоже надо сказать пару слов, нервно грызет ноготь.

— Это просто нездорово – так быстро всех отталкивать и вычеркивать из жизни, – дрожащим голосом произносит она наконец, словно боясь, что я рассержусь и ее тоже вычеркну.

— Не понимаю, о чем вы.

Я снова лезу в сумку, делая вид, будто что-то ищу, хотя свой сегодняшний наряд уже вытащила.

— Понимаешь, Ками, – я по-прежнему копаюсь в сумке. – Детка, хватит делать вид, будто ты очень занята, просто посиди с нами, – просит Эбби осторожно, словно обращаясь к испуганному животному.

Взглянув на нее, я, наконец, сдаюсь, иду к ним и сажусь на дальний угол кровати.

— Мы зря тратим время. Вам уезжать скоро! Зачем мы вообще об этом говорим?

Я даже саму себя не могу убедить.

Потому что вообще-то она права. Я отталкиваю людей при малейшем признаке того, что они могут меня подвести.

Вычеркиваю людей из жизни до того, как они успели меня ранить, потому что, если я первая с ними порвала, это не так больно.

Если я первая от них отвернулась, это я переживу.

Защитная реакция, как однажды сказала мне психотерапевт. Вы отталкиваете людей, чтобы они не успели сделать вам больно, Камила, но так жить нельзя.

Больше я к ней не ходила.

Ее слова оказались слишком похожи на правду, пускай я никогда не признавалась в этом даже себе.

— Я просто хочу сказать… Мы за тебя беспокоимся, – Эбби крутит в пальцах белокурую прядь.

— Слушай, если ты совершенно счастлива со своим красавчиком адвокатом, это не значит, что другим нужно то же самое.

— Ками, дело не в мужчине и не в отношениях, – возражает Кэт.

— Глядите-ка, женщина, которая всю жизнь ищет мистера Того Самого, женщина, для которой отношения – самое главное в жизни, говорит мне, человеку, у которого уже лет десять никаких отношений не было, что дело не в мужчине? – я вскидываю идеально выщипанную бровь.