Книга Жестокое лето, страница 116 – Морган Элизабет

Он все продолжает ласкать меня, заводит все сильнее пальцами, ртом и словами, и телефон у меня в руке трясется.

Зак так говорит обо мне, так определенно дает Джейсону понять, что я принадлежу ему, что внутри у меня заживает рана, о существовании которой я даже не подозревала.

— Это просто нелепо.

— Как знаешь, чувак. Я собираюсь довести ее до оргазма. Будешь слушать?

С этими словами Зак бросает мой телефон на подушку. Не знаю, слышит ли что-то Джейсон, или подушка перекрыла динамик, или он вообще повесил трубку, но мне абсолютно все равно.

Потому что Зак на всех парах идет к цели, теребит мой клитор, прикусывает кожу за ухом и сильнее сжимает сосок.

— Ты охренеть какая красивая, Камила! Всегда красивая, но особенно сейчас, когда ерзаешь у меня на коленях вся в моей власти, – у меня снова вырывается стон, на этот раз громкий и вовсе не сдавленный. – Вот так, покричи для меня, детка. Пусть все знают, кто делает с тобой такое.

— Черт, Зак! – оргазм накатывает быстрее, чем я думала.

— Кому принадлежит твое тело, Ками?

— Тебе.

— Чья ты?

— Твоя!

— Кто о тебе заботится? – в самый последний момент он ослабляет нажим, нарочно меня мучая.

— Мать твою, Зак! Ты! Ты, и я от этого тащусь! Боже, пожалуйста, дай мне кончить! – молю я, он тихо смеется и вновь усиливает напор.

— Славная девочка. А теперь будь послушной и кончи у меня на коленях.

Теперь, когда он позволил, я, наконец, кончаю.

Оглушительно, с его именем на губах, так, что голос срывается, и я, откинув голову ему на плечо, сижу с открытым ртом, он же, покусывая меня за ухо и шею, постепенно замедляет движения и дает мне отойти от высшей точки наслаждения, от кайфа принадлежать ему.

— Обязательно было это устраивать? – спрашиваю я, когда разум ко мне возвращается.

Зак вытаскивает руку у меня из штанов и пересаживает меня лицом к себе. Я отлично чувствую его эрекцию.

— Да, обязательно. Так я дал ему понять, что ты моя.

Стоило бы вспылить.

Сказать, что это инфантильно и не профессионально, пускай Джейсон и явно не по работе звонил.

Много чего стоило бы сказать, но я молчу.

Лишь качаю головой и слегка прикусываю губу.

— Ты просто чокнутый, знаешь? – я кладу руку ему на затылок.

— Потому что ты свела меня с ума.

Дурацкая избитая шутка, и все же от его слов у меня замирает сердце, внутри разливается тепло, а губы так и тянутся к его губам.

А еще от того, что по глазам видно – он говорит это искренне.

Мне бы испугаться, но, как всегда, с Закари Андерсоном я забываю о прошлом и живу настоящим.

А в настоящем мне очень, очень хорошо.

— А ты, когда планируешь чужие свадьбы, думаешь о том, что однажды сама могла бы выйти замуж? – спрашивает Зак, когда мы лежим в кровати через несколько часов после звонка Джейсона, и мое сердце пропускает удар.

Я ненавижу такие вопросы.

И вообще всю эту тему.

— Нет.

— Нет?

Вспоминаю, что сказала мне мать, когда через несколько лет после смерти отца выходила замуж во второй раз. Брак был по расчету – слияние корпораций, которое должно было укрепить ее связи в деловом мире и помочь ей дальше развивать некоммерческую деятельность. Карлсон, мой отчим, ей нравится, конечно, но о любви тут никогда речь не шла.

Камила, только идиоты женятся по любви.

Любовь тебя ломает.

Оставляет раны, которые никогда до конца не заживают.