Книга Падение Брэдли Рида, страница 174 – Морган Элизабет

Никто никогда не поверит в эту сказку, тем более мужчина, с которым я встречалась…

Но опять же, как оказалось, я сильно ошибаюсь.

На его лице отражается понимание.

— Я чувствую такое облегчение, – говорит он, наклоняясь, чтобы погладить меня по щеке.

Его прикосновения обдают мою кожу холодом.

— Я думал, ты не поймешь, никогда не простишь меня за то, что я сделал. Но ты права. Если бы мы поженились, эти счета стали бы нашими счетами. Все наши активы были бы немедленно заморожены, так что доступ ко всему, что было на твое имя, был бы заблокирован. Я хотел, чтобы ты жила в комфорте. Я ждал подходящего момента, чтобы связаться с тобой и рассказать тебе все… – Затем он делает такое выражение лица, как будто ему больно, лжет, чтобы я почувствовала укол вины. – Но когда я попытался позвонить тебе, ты не брала трубку.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

— Я была так глубоко ранена, Брэдли. Я не понимала, по крайней мере поначалу. Я взяла ту рамку только потому, что думала, будто тебе на меня наплевать. Я даже не сразу обнаружила эти спрятанные в ней номера. – Всякое подобие добродушия исчезает с его лица.

— Мне нужна эта рамка. – Я прекрасно слышу яд, который сочится из этих слов, яд, который, как он думает, я не распознаю.

Но я наконец прозрела.

Мне становится нехорошо. Когда-то я сделала бы все, чтобы помочь этому человеку, лишь бы только он был счастлив. А все это время я была для него лишь пешкой в его грязной игре. Игре, в которой, по его мнению, я все еще ничего не понимаю.

— Из-за цифр?

— Да. Это номера твоих счетов. Мне нужно получить к ним доступ, чтобы… – он замолкает, пытаясь сымпровизировать ложь на ходу, – чтобы мы могли уехать.

— Уехать?

— Мы можем взять все и сбежать.

— Разве это не опасно? – Он улыбается мне своей фирменной слащавой улыбочкой, и я в очередной раз с трудом сдерживаю приступ тошноты.

— Да ладно, Оливия. Ты всегда была моим счастливым талисманом. Все будет хорошо. Мы сможем сбежать, – говорит он тихим заговорщическим голосом. – Мы сможем сбежать туда, где нас никто никогда не найдет.

— Но как? – спрашиваю я и интуитивно понимаю, что это финальная точка. Это момент, когда произойдут сразу две вещи.

Во‑первых, я наконец-то смогу закрыть эту главу моей жизни.

Я думала, что это уже произошло, думала, что наш план мести с девочками выполнил свою задачу, думала, что присутствие в моей жизни Андре облегчило мой гнев и страдания, думала, что осознание того, что меня использовали исключительно ради моих связей и моего имени, помогло навсегда забыть этого человека. Но теперь прекрасно вижу, что нет. Еще нет.

Но прямо сейчас, в данный момент, я собираюсь это получить. Признается он мне во всем с поличным или доверится моему обману, как когда-то я доверяла ему, и тем самым запрет себя в клетке без пути назад, – я не знаю.

Но я получу свое завершение этой истории, свою расплату, которую жаждала намного больше, чем думала сама.

И второе, он вот-вот передаст Андре все доказательства, необходимые для того, чтобы больше не осталось никаких сомнений в том, кто виновный по этому делу о хищении.

— Все счета… они на твое имя. Никто даже не будет знать, кого им нужно искать, – он врет. Я наблюдаю, как в его голове работают шестеренки, как будто он сочиняет новую историю, пытаясь соединить правду и ложь, – то, что я знаю, и то, что, по его мнению, убедит меня, чтобы создать новую историю, новый план. – Как ты сама сказала, у меня был план, как передать тебе эти деньги, если что-то случится, чтобы позаботиться о тебе.