Книга Обещания и гранаты, страница 79 – Сав Р. Миллер

— Всегда готов, – выдавливаю я, задирая ее платье выше бедер, зажав ткань в кулаки, чтобы не мешалась. – Господи, крошка. Ты вообще носишь трусики?

Она широко улыбается, берет член в руку, направляя.

— Нет, и больше никогда не буду.

Медленно опускаясь, она вбирает меня дюйм за дюймом, пока ее зад не соприкасается с моими бедрами. Резко вздохнув, когда я делаю толчок, она сглатывает комок в горле, запускает руки в мои волосы.

Двигая бедрами, она осторожно скользит вверх и вниз, словно не понимая, что делает; и это очередной удар под дых для меня, говорящий о том, что она совсем неопытная, а это добавляет для меня еще ряд проблем.

Но так сложно думать об этом, когда она как чертов рай на земле. Как богиня, которая спустилась, чтобы спасти мою изуродованную душу от проклятия.

— Прости, – шепчет она, легкий румянец выступает на ее милых щечках.

— Господи, за что ты извиняешься? – Слова даются мне с трудом, ее киска сжимает меня так сильно, что перед глазами плывут звезды. Мои руки хватаются за ее бедра и принимаются двигаться в такт.

— Я… для меня это все в новинку, и я не хочу все испортить.

— Это невозможно, – говорю я, закусив губу, когда она наращивает ритм, очевидно, найдя точку, от которой все ее тело поет. – Продолжай в том же духе, и я кончу в тебя раньше, чем нужно.

— Вот дерьмо, – протягивает она, изгибая спину; ее внутренние стенки дрожат. – Ты так говоришь… словно это плохо, но мне… мне нравится.

— Моей распутной женушке нравится, когда я теряю самоконтроль, да?

Кивнув, она находит мою руку и подносит к своему горлу; круговые движения ее бедер прогоняют электрический разряд в мои яйца. Они сокращаются, меня захлестывает волна оргазма, и я сжимаю ее шею в ту же секунду, когда ее киска содрогается, не в силах больше сдерживаться.

Белые пятна застилают мое зрение, когда я понимаю, что нахожусь в ней так глубоко, насколько возможно, пульсация в ее киске опустошает мои яйца. Елена припадает к моей шее, со стоном вонзает зубы в плоть, кусая, пока не пробивается через барьер.

Она скользит языком по моей шее, затем отстраняется и целует меня в губы. Этот поцелуй как спасение души, которое вдруг исчезает. Я чувствую медный привкус на ее губах и практически снова кончаю без всякой стимуляции.

Позже, когда она расслабляется, кладет голову мне на грудь и ждет, пока к ногам вернется чувствительность, я испытываю знакомое чувство из прошлого, правда, теперь у него совершенно новая мишень.

— Говорю тебе, эта женщина сходит с ума.

Закатив глаза, я осматриваю вспаханную почву в саду, тяжело вздыхаю, когда в очередной раз не вижу никаких признаков жизни в растениях, которые посадила в прошлом месяце. Стебли начали прорастать из земли, но так и не собирались цвести. Даже лилейники, несмотря на то что у них короткий период цветения.

В глубине души я начинаю думать, что, возможно, атмосфера смерти вокруг дома не позволяет цветам выйти на поверхность. Внизу, под слоем почвы, они в безопасности.

Или, может, помощь Кэла в прополке и подготовке почвы высосала жизнь из сада.

Я сердито смотрю на горшки с мятой, которую посадила Марселин. Стебли свешиваются с контейнера, купаясь в солнечных лучах.

Сестра, Ариана, бубнит по телефону о том, как жутко мама скучает по мне.