Книга Щенячья любовь, страница 24 – Келли Моран

— Мне, пожалуйста, шарик… – О боже! У них есть шоколадное мороженое с маршмеллоу! Для нее это как криптонит для Супермена – спасенья нет! – …ванильного мороженого. – Уф! Хотя бы от парочки калорий удалось отказаться. – И у вас есть что-нибудь без молока?

Подросток удивленно округлил глаза.

— Пап!

Грузный мужчина лет пятидесяти появился из глубины магазина, вытирая руки о фартук.

— Здравствуйте. Я Хэнк. Вы недавно в городе? В гости приехали?

Эйвери быстро произнесла заученный текст о том, что она – дочь Жюстин и только что приехала.

Мужчина провел ладонью по лысой голове – похоже, это был непроизвольный жест.

— Слыхал, вы грохнулись в обморок у ветеринара. Как самочувствие?

Эйвери с трудом сдержалась и не стала закатывать глаза. Неужели весь город знает о том, как она опозорилась на новой работе?

— Спасибо, замечательно. Я хотела спросить, нет ли у вас чего-нибудь без молока? Хейли плохо переносит молочные продукты.

Подросток подошел к холодильнику и положил шарик ванильного мороженого в стаканчик.

— Боюсь, такого мороженого нет. Но есть печенья, их готовят в пекарне «Сладкоежка» неподалеку, – он положил в пакет пару печений и протянул Хейли через прилавок. – За счет заведения.

— О нет. Я хочу…

— Пустяки. За наш счет. В следующий раз приготовим то, что ей можно. Что скажете?

Господи. Все такие… милые.

Все еще не придя в себя от потрясения и размышляя о том, не попала ли она случайно в фильм «Вторжение похитителей тел»^[13], Эйвери поплелась к своей машине. Сгущались сумерки, воздух становился холоднее, а тени – длиннее. Когда она подъехала к веренице коттеджей для аренды, Кейд потянулся и встал с крыльца.

Божечки-кошечки! Какой же он сексуальный!

Потертые джинсы облегали тело в нужных местах. Кожаная куртка по пояс, а под ней – футболка. Темно-русые волосы растрепались на ветру и падали ему на лоб. Эйвери покачала головой.

— Он же твой босс, дурочка! Держи себя в руках.

Хейли радостно пискнула. «Я слышала тебя, мамочка!»

Отстегивая ремень безопасности Хейли, Эйвери повернулась к Кейду, а он… улыбнулся. Сначала – Эйвери, затем – Хейли. У нее перехватило дыхание, а голова снова закружилась.

Кейд посмотрел в зеркало заднего вида на Хейли, сидевшую в своем детском кресле, а затем снова перевел взгляд на дорогу. Зоомагазин находился в сорока минутах езды к северу от города, но Хейли сосредоточилась на своем айпаде и наушниках и, кажется, ее все устраивало. Так странно видеть ребенка у себя на заднем сиденье.

Он откашлялся и спросил:

— Ничего, если я спрошу, где ее отец? Вы ведь из Сан-Диего?

— Из Сан-Франциско, – Эйвери повернулась проверить, как там Хейли, затем устроилась поудобнее на пассажирском месте рядом с водителем. – После развода я получила право полной опеки, – она на мгновение замолчала, после чего добавила: – Мой бывший муж не возражал.

— Против развода или опеки?

— И того, и другого, – она отвернулась к окну, а Кейд с удивлением подумал, насколько люди бывают глупыми и просто не понимают, как им повезло.

Они ехали вдоль гор Кламат в сторону Южного Берегового хребта в приятной тишине. Время от времени на поворотах вдали появлялся Тихий океан, береговая линия и каменистые утесы. Туман у берега в сгущающихся сумерках был плотным, но не настолько, как предполагал Кейд. В голове у него все крутились слова Эйвери.