Книга Ты пахнешь как любовь, страница 123 – Эллин Ти

Вдруг у нас все-таки что-то получится?

Андрей снова прерывает поток мыслей, когда тащит меня куда-то за руку. Около минуты я ни черта не могу понять, пока за нами не закрывается шторка фотобудки.

Боже! На самом деле? Я лет сто не была в таких…

— Мы будем фотографироваться? – спрашиваю и отчего-то улыбаюсь. Это очень мило, особенно тот факт, что будка явно не предназначена для таких высоких людей, как Андрей, и ему приходится нагнуться, чтобы попасть в кадр, пока мы выбираем фон для фото.

— Ромашки или пляж?

— Пляж! – говорю сразу же. Фото с морем, песком и ярким солнцем – это точно для нас, учитывая, где мы встретились спустя десять лет разлуки.

— Отлично. – Он оплачивает фото, нажимает что-то на экране, а я, как дурочка, просто смотрю по сторонам и наслаждаюсь моментом. – Готово! Давай.

На экране идет отсчет от пяти, я вижу улыбающегося Андрея и немного грустную, но тоже улыбающуюся себя. Мы улыбаемся, а на последней секунде корчим рожицы и первое фото выходит очень смешным.

А потом…

Я не успеваю ни о чем подумать, даже вдох сделать не успеваю. Потому что в этом чертовски тесном пространстве фотобудки Андрей обхватывает мою шею горячими руками и сразу же накрывает губы своими.

Резко и неожиданно, так, что у меня подкашиваются колени и перестает функционировать мозг.

Это ни капли не нежный и милый поцелуй, это такой поцелуй, за который можно легко отдать парочку жизней.

Он целует глубоко, касаясь языком моего, а я не нахожу в себе силы на сопротивление. Да и… желания сопротивляться я не нахожу тоже.

Андрей притягивает меня ближе, наклоняется ко мне и целует еще глубже. Это чертов порнофильм, а не поцелуй, честное слово. В нем страсти столько, сколько не у всех людей бывает во время секса. Я точно знаю…

Тянусь к нему, прижимаюсь еще ближе, запускаю руку в волосы, а второй – оглаживаю сильную спину. Меня ведет, голова кружится, но этот поцелуй… Я совершенно не хочу, чтобы он прекращался, иначе, кажется, могу умереть прямо здесь.

Палец Андрея скользит по моей щеке, с моих губ срывается тихий стон. Помутнение рассудка, не иначе. Я забываю, где я и как меня зовут, и даже когда с громким звуком он отрывается от меня – не могу вспомнить.

Мир кружится, Андрей поддерживает меня за талию, чтобы я не упала, и шепчет на ухо тихое «прости».

За что простить? Я только что испытала столько эмоций, что не понимаю совершенно ничего.

Сознание возвращается постепенно, до меня доходит, что мы все еще в тесной фотобудке и что мы только что чертовски страстно целовались. Так не целуются друзья, бывшие или те, кто пока не готов к отношениям, совершенно точно не целуются, но мы почему-то…

Андрей забирает фотки, так и не отпуская меня, и выходим из фотобудки мы словно в какой-то другой мир. Он внезапно кажется лучше и добрее, чем был несколько минут назад. Сила исцеления поцелуем?

— Прости, Кареглазка, – снова говорит он, прижимая к себе. – Захотелось увековечить мои чувства к тебе.

Протягивает фотографии, и меня снова окатывает волной мурашек. Горячий и тягучий мед растекается по венам вместо крови, внизу живота снова бушует стихия. Кусаю губы, глядя на эти фото: в них столько чувств и страсти… И это невероятно красиво. Правда. Я даже не думала, что поцелуи могут смотреться настолько красиво.