Книга Твой номер один, страница 69 – Катя Саммер, Настя Орлова

Я скучала, скучала, скучала… – повторяю без конца в голове, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не углубить поцелуй. Это кажется неуместным. Он весь тягучий, медленный, только разгоняющий жажду.

— Я скучал, – произносит Алекс вслух за нас двоих. И мне весь мир становится неважен.

Я могла ошибиться? Я что, правда нужна ему?

— Я все еще злюсь на тебя, – говорю ему в губы.

— Я буду долго и нудно, – он включает природное обаяние, – вымаливать прощение…

Играет бровями, убивает наповал ухмылкой.

— Боже, Алекс! – я утыкаюсь лбом в его грудь и смеюсь.

Глава 22

Анна

Каждый матч в Штутгарте – это битва. И я бьюсь с какой-то вновь обретенной уверенностью в собственных силах, которая после провального выступления в Майами слегка пошатнулась. Но теперь, когда Алекс неожиданно появился в моей жизни и, судя по динамике, не собирается исчезать из нее, я ощущаю себя так, словно мне по плечу свернуть горы. В первом же матче в двух сетах выношу чешку, которая два года назад выиграла Уимблдон. Во втором достаточно легко прохожу перспективную соотечественницу. В третьем приходится повозиться: я проигрываю первую партию, но потом в ложу Porsche в качестве почетного гостя приходит Де Виль – не знаю, в чем секрет, но под его горящим взглядом я будто оживаю. Мячи начинают ложиться четко по линиям, первая подача идет как никогда, даже физически у меня открывается второе дыхание – я довожу до ума вторую партию и уже без каких-либо проблем беру третью, полностью сломив сопротивление соперницы.

— На вашем матче сегодня присутствовал Алекс Де Виль, – замечает спортивный корреспондент-француз на пресс-конференции после моей победы. – Как вы к этому относитесь?

Имя Алекса предсказуемо поднимает во мне бурю эмоций, но я не позволяю ни одной из них просочиться наружу. Вежливо улыбаюсь журналисту и отвечаю, пользуясь шпаргалками из прошлого:

— В ложе Porsche на этом турнире часто бывают звезды. Каждому теннисисту приятно, когда за его игрой наблюдают такие известные личности. Я не исключение.

— Но Алекс Де Виль никогда не посещает матчи других теннисистов, – не сдается журналист. – Как вы считаете, почему он был на вашем матче?

Да уж, появление Алекса в Штутгарте здорово переполошило теннисную общественность. И учитывая, что он все также игнорирует прессу, те пытаются выведать о нем хоть что-нибудь через третьих лиц. Но, боже мой, на что они рассчитывают, спрашивая о нем у меня?

— Спросите у организаторов или у самого Алекса Де Виля, – предлагаю я.

Завершив положенные по регламенту встречи, ловко сбегаю от отца, который как назло все время крутится рядом. Торопливо иду по коридору, сжимая в руке телефон, который горит от сообщений моего личного дьявола.

«Считаешь меня известной личностью?»

«Точно не знаешь, почему я был на матче?»

«Я жду тебя на парковке слева от служебного выхода. Черный Porsche к вашим услугам, мисс Филатова».

Оглядевшись по сторонам, закидываю сумку с ракетками на заднее сиденье и падаю на пассажирское кресло рядом с Алексом, который тут же бьет по газам. Но покинув пределы стадиона, сразу же съезжает на обочину и с горящими глазами и плотоядной ухмылкой тянется ко мне.

— Хороший матч, – мурлычет он, сжимая меня в объятиях.

— Ты сумасшедший, – шепчу я, цепляясь за его мощные плечи, пока он покрывает влажными поцелуями мою шею и прикусывает мочку. – Что если нас увидят?