Книга Твой номер один, страница 45 – Катя Саммер, Настя Орлова

— А Осмос, – Алекс продолжает говорить о моей сегодняшней сопернице из Мексики, – будет играть агрессивно. Мячи и правда дерьмо, но нужно помнить, что сложно не тебе одной.

— Легко сказать, когда ты Алекс Де Виль, – бормочу по-детски обиженно.

— Тебе просто нужно больше верить в себя.

Просто. Ненавижу это слово, потому что ничего простого оно не подразумевает.

— Как? – не скрывая сарказма, спрашиваю я.

— Расслабься.

— Пф, – демонстративно отворачиваюсь и смотрю в окно. Обожаю эти волшебные советы: держись, борись, расслабься… С удовольствием бы воспользовалась, если бы у меня была пошаговая инструкция, как это сделать.

Ругаюсь про себя, лишь сильнее завожусь, и это плохо, потому что эмоции часто мешают мне – Алекс не прав, я играю лучше, когда контролирую себя, а не агрессивно бросаюсь в бездумную атаку. Если у него это работает, то в моем случае это спорная тактика. Наблюдаю пустынные поля за окном и силуэты гор вдали, больше не планирую разговаривать с Де Вилем: молча доедем до кортов и там распрощаемся. Я бы надеялась, что навсегда, но… у дьявола свои планы.

На одном из резких поворотов, когда я не успеваю ухватиться за ручку на двери и заваливаюсь всем весом на Алекса, происходит что-то странное, и его ладонь вдруг каким-то образом оказывается на бедре. На моем бедре. И все бы ничего – всякое бывает. Я могла бы простить ему случайные касания, так уж и быть, даже не подала бы на его нахальные длинные пальцы в суд, но… есть проблема: рука так и остается жечь голую кожу у линии шорт, даже когда водитель десять раз извиняется перед нами за маневр и возвращает взгляд на дорогу.

Твою ж… черт.

Я не то чтобы не могу возразить или поинтересоваться у Алекса, что происходит, я взглянуть вниз боюсь. Пытаюсь смотреть в окно, но то и дело бросаю взгляды в зеркало заднего вида: водитель точно не может наблюдать, что творится на заднем сиденье, но меня легко раскусить по румянцу на щеках.

Дважды черт.

Крепко жмурюсь в надежде, что мне привиделось, что все закончится, и эта почти смертельная хватка, с которой Де Виль удерживает мою ногу, окажется случайностью, за что он даже не извинится. И плевать! Лишь бы только не…

— А-а-а, – выдыхаю я, надеюсь, неслышно за приглушенными басами музыки по радио, когда Алекс намеренно впивается короткими ногтями мне в кожу. Ощутимо. До дрожи. Остро, но… не продолжает, топчется на месте. Не касается меня там, где я больше всего желаю, будто чего-то ждет, будто без слов спрашивает, а я откидываюсь на спинку и ерзаю, чтобы он… чтобы я…

— Остановиться? – тихо шепчет мне темнота.

— Вам плохо? – лезет в голову скрипучий и неуместный голос водителя. – Здесь притормозить не смогу, только за мостом, но…

— Нет, нет, нет, – бормочу без остановки.

Я кусаю губу, а рядом шумно втягивают воздух через нос. Это какое-то безумство. Пульс разгоняется быстрее, чем Феррари со старта до ста километров в час. Я ощущаю жар ладони, которая медленно перемещается выше. С меня как будто сняли кожу, потому что это слишком ярко и переполняет в считанные секунды.

Беззвучно распахиваю губы, когда – наконец! – чувствую его руку между ног: он осторожно меня гладит, а затем, обхватив широкой ладонью, сжимает и давит через шорты пальцами. Взрывная волна проносится по телу, предплечья высыпает мурашками. И вроде бы не смотрю на Де Виля, но меня это не спасает. Я все равно очень отчетливо представляю его темный взгляд, догадываюсь, что наблюдает сейчас за мной исподлобья. Только в мыслях дистанцию, которую мы сохраняем на яву, он сокращает почти сразу. Его чертов костюм от BOSS с разорванными пуговицами летит на пол, пружина в животе натягивается вместе с легкими, едва ощутимыми движениями его пальцев вокруг моего клитора, и… бам!