Книга Мои попытки, страница 96 – Лина Мур

— Да? Мне казалось, что она рада за меня, пусть это всё и выдумано, — Роко смотрит в сторону, и я ненавижу себя за эту ложь.

— Это… хм, из-за её… проблем. Я так думаю. Рэй не хочет тобой делиться. Она хочет, чтобы ты принадлежал только ей. Так она выражает свою любовь. А также Рэй считает, что тебя никто недостоин. — Заткнись. Заткнись, Дрон. Но я не могу. Меня просто несёт. — Ты слишком хорош для любого человека по её мнению. Ты заботливый, сильный и красивый, у тебя есть деньги и хорошая работа. Так обычно и бывает, когда тебя кто-то любит. Это зависимость от прикосновений, разговоров, просто нахождения рядом друг с другом, даже в молчании. Рядом с тобой безопасно, и она чувствует это неосознанно. Она даже может не признаваться в себе, насколько сильно ты ей нужен.

— А я ублюдок, который решил спрятаться здесь от неё, — жмурится Роко и проводит ладонями по своим коротким волосам.

Чёрт. Я сделал только хуже.

— Нет… нет, это не так, — придвигаюсь к нему, наплевав на боль во всём теле, на тошноту и головокружение. Я касаюсь его твёрдого плеча под чёрной футболкой. — Это не так. Ты хороший человек. И мне… стыдно за то, что я наговорил тебе гадостей. Постоянно говорил, я просто… боялся. Со мной так хорошо никто не обращался. Никогда. И Рэй знает, что ты её любишь. Ей тоже нужно своё личное пространство, она должна вырасти, а не цепляться за тебя. У тебя должна быть своя жизнь. Ты имеешь право встречаться с теми, с кем хочешь. И любить тех, кого ты хочешь. Неважно, кто это будет: парень или девушка.

— Дрон, я убийца. Ты постоянно об этом забываешь, — Роко поворачивает ко мне голову, и мускулы его лица дёргаются от ярости. Я сразу же убираю руку с его плеча и отползаю назад.

— Я знаю, просто это… я оправдываю тебя. Не знаю почему, но я делаю это постоянно. Чем больше узнаю о тебе, тем сильнее это работает. Прости, это не моё дело. Я не должен лезть. Но не вини себя за желание жить отдельно. Для многих это роскошь.

— Роскошь? — язвительно смеётся Роко.

— Да, роскошь, — твёрдо отвечая, ловлю его насмешливый взгляд. — Это роскошь. Для меня это роскошь, Роко. Я никогда не был свободным, как ты. Не могу даже долго разговаривать с людьми, потому что чего-то пугаюсь и замолкаю. Я осуждённый, заключённый и завербованный. У меня нет даже права дышать. Поэтому это роскошь, и таких, как я, очень много. Белый мусор, так нас называют. И мы все подтверждаем это, потому что сдаёмся слишком рано. Мы даже не знаем, разрешено ли нам бороться хотя бы за еду. У нас нет никаких прав, а у тебя есть. Ты можешь позволить себе съехать и жить один, не делить комнату с ещё десятью людьми, есть что хочешь и когда хочешь. Это роскошь, Роко. Тебе не понять меня, но поверь мне, то, что у тебя есть возможность и право быть таким, а для меня является роскошью.

— Я не хотел тебя обидеть, Дрон. И понимаю, что со своей стороны ты смотришь на мою жизнь, как на рай. Но и ты поверь мне, это вовсе не рай. Это вечный ад. Порой мне приходится делать ужасные вещи. Просто ужасающие. И если бы ты узнал о них, то тебе было противно даже дышать рядом со мной одним воздухом, — тихо говорит он.

— Я видел многое, Роко. Я знаю, что такое противно. Противно, это когда тебя ломают и заставляют быть тем, кем ты не являешься. Тебя делают вещью, мясом, тупым идиотом, которым можно манипулировать и управлять. И потом ты видишь именно это в своём отражении. Вот что противно. У каждого из нас своё восприятие этого мира. Это и хорошо. Мы же разные, — слабо улыбаюсь ему, но Роко хмурится.