Книга Украденные прикосновения, страница 52 – Нева Алтай

Сальваторе обходит стол, чтобы включить ноутбук, затем садится в свое офисное кресло и жестом приглашает меня подойти. Я подхожу к столу, намереваясь занять один из двух стульев для посетителей, стоящих с другой стороны от него, но он качает головой.

— Иди сюда.

Приподняв брови, я обхожу стол. Когда я подхожу, чтобы встать рядом с ним, он хватает меня за талию и тянет вниз, чтобы усадить себе на правое бедро. Я вскрикиваю и удивленно смотрю на него, но он просто придвигает кресло ближе к столу, все еще держа на мне руку, и ставит передо мной ноутбук.

— Открой приложение электронной почты, – говорит он.

Я беру мышку и наклоняюсь вперед, чтобы найти среди десятков иконок, разбросанных по экрану, ту, которая откроет его электронную почту. На рабочем столе беспорядок, что совершенно не соответствует характеру Сальваторе. Он убирает правую руку с моей талии и накрывает мою, перемещая курсор мыши в левый верхний угол экрана.

Он кликает на иконку конверта, чтобы открыть папку входящих сообщений.

— Давай начнем с писем, которые пришли сегодня.

Мне довольно трудно изображать безразличие, когда я сижу у него на коленях, а его рука снова обнимает меня за талию, но каким-то образом мне удается сохранять спокойствие и открыть первое непрочитанное письмо из списка.

— Это документы на еще один участок, который я планирую купить, – говорит он мне на ухо. – Перешли их моему адвокату. Грегу Аткинсону. Напиши, чтобы он обязательно проверил, все ли в порядке. Я не хочу повторения февральской ситуации.

— А что случилось в феврале? – спрашиваю я, печатая.

— Объявился внебрачный сын предыдущего владельца и заявил о своих правах.

Я заканчиваю электронное письмо, отправляю его и открываю следующее.

— Полагаю, у тебя нет дяди в Южной Африке, которому нужны деньги на операцию на мозге.

Рука на моей талии сжимается.

— Нет, – произносит он, слегка касаясь губами мочки моего уха.

Мне нужно, чтобы он перестал прикасаться ко мне. Это сводит меня с ума.

Так почему бы тебе тогда не сказать ему, чтобы он прекратил? А я скажу тебе почему. Потому что ты лицемерка, Милена. Тебе это нравится, просто признай это.

Я не призна́ю это даже перед самой себой. «Заткнись!» – говорю я своему внутреннему голосу, помечаю письмо как спам и перехожу к следующему.

— Это от моего банкира, – говорит Сальваторе. – Тоже перешли его Грегу. Напиши ему, чтобы он обязательно прочитал новый контракт и проверил, не предложили ли они более выгодные коэффициенты конверсии, как мы просили. Если они этого не сделали, он может сообщить им, что мы закроем все наши счета у них к концу месяца.

Печатая, я бросаю быстрый взгляд на его левую руку в перчатке, лежащую рядом с ноутбуком. Он, вероятно, не может ею печатать, а если и может, то, скорее всего, это занимает целую вечность. Как он оказался в ситуации, в которой кто-то раздробил его пальцы молотком? Господи, это, должно быть, было адски больно.

Я открываю следующее электронное письмо и просматриваю список отделочных материалов для ремонта и цены, указанные рядом с каждым товаром.

— Ты планируешь делать ремонт?

Он не производит на меня впечатления фаната движения «Сделай сам», но зачем еще ему понадобились плитка, краски и другие перечисленные там вещи?

— Не совсем. – Он склоняет голову вбок, и его нос оказывается прижатым к моей шее. – Напиши, что мы возьмем столько же, сколько и в прошлом месяце, за исключением белой плитки от ‘‘Metro Tiles’’. Мне нужно ее в три раза больше, и я хочу более выгодную цену. Поставь Артуро в копию письма.