Книга Игра в сердца, страница 99 – Сэнди Бейкер

— Это не книга. Скорее брошюра.

Я качаю головой, меня разбирает смех, сдержаться невозможно, и я прыскаю.

— Ах ты… – говорю я и начинаю хохотать.

— Ты хотела сказать «ах ты гений»? – отвечает он.

Я перестаю смеяться и вздыхаю отчасти с облегчением, отчасти с удовлетворением, а может, признав свое поражение. Джек – достойный противник в словесных баталиях, и это еще один плюс в мой список его положительных качеств. Кому нужен парень, которого легко разгромить в пух и прах? Точно не мне.

Но все равно мы в тупике. Я же так и не сказала Джеку правду. А он и не спрашивал.

Его лицо смягчается, и он шагает мне навстречу.

— Так почему ты не хотела, чтобы Дэниел тебя поцеловал? – почти шепотом произносит он. Ну вот, спросил.

Делаю глубокий вдох и заглядываю ему в глаза.

— Потому что… Мне ты нравишься. Вот почему. – Вот уж не думала, что скажу ему об этом в окружении рулонов туалетной бумаги и бумажных полотенец, но что есть, то есть.

Он пристально смотрит мне в глаза, и я вижу, как в его голове проносится миллион мыслей; наконец остается только одна.

— Ясно, – тихо отвечает он.

— Да, – я закусываю губу – обычно я так не делаю, но сейчас, кажется, самое подходящее для этого время. А не то ляпну еще что-нибудь и вконец опозорюсь.

— Это очень хорошая новость, – говорит он.

— Правда? – Теперь в моейголове проносится миллион мыслей, и самая громкая из них звучит так: Эбби, ты ему тоже нравишься!

— Ты даже не представляешь…

От потрясения я не могу пошевелиться, а Джек пересекает расстояние между нами со скоростью спринтера. Его ладонь опускается на мой затылок, он притягивает меня к себе и своим идеальным губам, о которых я мечтаю уже несколько месяцев. Они даже мягче, чем я думала, но в то же время тверже, настойчивее, и я чувствую кончик его языка и пропадаю. Мы прижимаемся друг к другу, я обвиваю его руками и кладу ладони ему на спину. Он запускает пальцы мне в волосы, и наш поцелуй становится все более и более горячим, пока время не перестает иметь значение и остается лишь ощущение его тела рядом с моим, его запаха и вкуса…

Вдруг в дверь стучат, и мы отпрыгиваем в разные стороны, выпучив глаза и прерывисто дыша. Я вижу за приоткрывшейся дверью лицо Гарри и сгораю от стыда, так как совершенно очевидно, чем мы занимались и чем, вероятно, занялись бы, если бы нас не прервали.

— Ох, ребята, простите. Я просто… вы так громко разговаривали. В аппаратной было слышно, как вы спорили, и я решил… я пойду. – Сложно сказать, кто из нас троих сильнее смущен. Мы молча смотрим, как Гарри закрывает за собой дверь.

— Значит, к нам едет самозванка, – как ни в чем ни бывало говорю я.

— Бекка, а ты что думаешь по поводу приезда самозванки? – спрашивает Карли.

Опять снимают наши «признания», но нас осталось так мало, что мы просто стоим в сторонке и слушаем, дожидаясь своей очереди. Как в очереди к школьному фотографу, только фотографироваться намного приятнее.

Бекка отвечает, как всегда, благожелательно.

— Знаете, мы все приехали сюда найти любовь, и если окажется, что новая волчица – та самая для Дэниела, его единственная, пусть будет так. Конечно, я надеюсь, что он выберет меня, но главное, чтобы он был счастлив.

Это точно признание, а не интервью королевы красоты? Странно, что она не добавляет: «А еще я хочу мира во всем мире».