Книга Спаси моего сына, бывший!, страница 78 – Настя Ильина

— Но если мы не отдадим ему письмо, то не узнаем, существует ли второй ребёнок на самом деле! — щебечет Ира.

— Скорее всего, нет… Я не знаю. Я хочу посадить его за решётку за то, что сделал с моими родителями.

— Понимаю. Мы можем отдать ему всё кроме этого письмо. Можем снять с него копию или попробовать сделать экспертизу до того, как я отдам Царёву бумаги. Не уверена, что он отдаст ребёнка, если не получит желаемое.

— А ты уверена, что он отдаст его, если тот существует, даже получив желаемое? Однажды он уже взял тебя силой, пусть всё это не входило в условия вашей сделки. Царёв страшный человек, монстр, и его место за решёткой. Он готов убивать ради достижения каких-то глупых целей.

Бросаю письмо на столешницу и обхватываю голову руками, не веря в прочитанное.

— Женя…

Ира всё-таки кладёт руку мне на плечо. Чувствую, как она дрожит. Она боится меня после случившегося, но хочет поддержать.

— Всё будет хорошо… Зло должно быть наказано.

Поднимаю голову и долгое время смотрю Ире в глаза, а потом беру её за руки и тяну на себя. Ира теряет равновесие и падает ко мне на колени. Она начинает трястись от страха ещё сильнее и широко распахивает глаза, глядя в мои. Губы бывшей приоткрываются, а меня охватывает необъяснимое чувство: тянусь к её губам и впиваюсь в них. Несколько мгновений Ира растеряна и никак не реагирует, но после отвечает на поцелуй, обвивая руками мою шею. Руки жадно скользят по телу, которое когда-то принадлежало мне, пусть я и понимаю, что так нельзя. Наши отношения начались с безудержной страсти, которая не привела ни к чему хорошему, и если я хочу видеть женщину рядом с собой, то должен держать себя в руках, чтобы теперь познакомиться с её внутренним миром для начала.

— Женя, — шепчет Ира, прикасаясь своим лбом к моему, когда я резко разрываю поцелуй.

— Мы не можем… Так попросту нельзя. Спасибо за то, что решила поддержать меня.

Ира поджимает губы, всхлипывает и встаёт с моих коленей. Она скрещивает руки на груди в защитной позе, и я понимаю, что она готова расплакаться. Хочу снова прижать её к себе и продолжить начатое — снова завладеть этим телом, заявить на него свои права, но торможу коней, приказывая себе сосредоточиться на деле.

— Ира, собирай Даниила. Поедем в больницу. Мальчонку должен осмотреть доктор, кроме того, пришли результаты его анализов. Документы заберёшь чуть позже, когда я решу, что делать с компроматом.

Ира кивает и пулей выскакивает из кабинета, а я сжимаю руки в кулаки и сквозь зубы чертыхаюсь.

Так нельзя!

Нельзя!

Неправильно!

Руки трясутся, всё валится из них после поцелуя с Евгением. Я пытаюсь собраться с силами и перестать думать о страсти, которая ещё не угасла, продолжает кипеть в наших венах. Нас с мужчиной тянет друг к другу, но я вижу, как он сопротивляется, и не хочу давить. Если когда-нибудь Женя сможет снова доверять мне, то у нас получится начать всё с чистого листа, а если нет… Я должна смириться и отпустить его. Мужчина достоин счастья, пусть даже не со мной.

— Давайте я сама одену Данюшу? — предлагает няня. — Вы так взволнованны. Не стоит переживать. Как я сказала ранее, ваш сын совсем не похож на больного ребёнка. Я занималась с детьми, страдающими данными недугом: множественные трубки, манипуляции для поддержания хоть какой-то активности организма… Дети со СМА живут совсем не так. Сейчас вы во всем убедитесь.